Она краснеет!
Реально краснеет! После всего, что между нами было!
И от этого кровь еще сильнее приливает у меня совсем к другому месту!
Пиздец.
Если она штопать решит, это же час, не меньше! Еще же и руки мыть будет. И стерилизовать инструменты!
Блядь! И как мне на стену за это время не полезть?
Ложусь на живот, мысленно прикидывая, как буду вытребовать с нее компенсацию. Хрипло стону, когда Ника возвращается. Проводит пальцами по моей спине.
Блядь. Одно прикосновение! Я же специально даже не смотрю на нее!
А меня уже срывает.
Дергает так, что и цепи, будь я прикован, не удержали бы! Наброситься. Поднять под себя. И…
Так. Лучше об этом не думать! Потому что слово, которое ей дал. Крепче цепей должно быть! Раз уж вырвалось…
– Ты мне не доверяешь?
Грустно спрашивает.
– Чего? Это ты вдруг о чем?
– Ну… Ты вряд ли считаешь всерьез меня доктором.
Ну, хоть еще и не закончила образование. Думаешь, наверное, я ничего не умею и не понимаю… Поэтому не хочешь, чтобы я работала и продолжала учиться? Да? Вон, как дернулся, а я же только осматриваю тебя. Думаешь, навредить смогу, да? Совсем в меня не веришь. Это так обидно!
– Глупая!
Ну все. Кто-то конкретно нарвался!
Разворачиваюсь и сгребаю в охапку. Поднимаю под себя, переворачивая.
– Если бы знала, что я хочу с тобой сделать…
Шепчу, накрывая ее губы.
Выпивая каждый глоток ее воздуха.
– То не задавала бы таких вопросов. Я от твоих рук дергаюсь. Как от тока, Никкккка!
– Ооооооооо, – она только округляет глаза и прикусывает нижнюю губу. Чууствует. Чувствует, что впивается ей между ног! Наконец-то начинает доходить!
– И я сказал уже. Работать ты не будешь. Я что? Не могу свою женщину обеспечить? Не говори мне весь этот позор! Все, Никккка! Хочешь шить, шей.
Иначе… Иначе я прямо сейчас начну показывать тебе самый лучший способ излечиться от всех ран и огнестрелов!
49 Глава 49
* * *Ника.
– Арман…
Семь дней!
Прошло ровно семь дней, а мы почти не вылезаем из постели!
Почти не выходим из дома!
И если бы не телефон, я бы, наверное, совсем потеряла счет времени!
Ночь слилась с днем.
И чувство такое, будто ничего. Совсем ничего в мире нет. Кроме нас двоих.
Дни безумной страсти.
