И диким темпераментом, который, оказывается, он способен сдерживать! И я вижу, чего это ему стоит!
Медленно с влажным шлепком выпускаю его головку из рта.
Провожу языком по кругу, чуть оттянув бархатную кожу.
Его член нервно дрожит и требовательно дергается, а меня сносит с последних петель от возбуждения. Между ногами уже настоящий пожар вместе с водопадом.
Его вкус теркий. Чуть солонованый. Такой пряный. Он бьет прямо в голову. По мозгам. Хуже самого крепкого спиртного!
– Арман, – стону, обхватывая его член сильнее.
Насаживаюсь на него, раскрыв рот на максимум.
Стараюсь и всасывать и одновременно сжать его огромный ствол губами.
А внутри все взрывается.
Я переполняюсь им полностью.
Да. Мне нравится. Дико распирает от того, что он терпит и поддался. Что не дергает и не набрасывается, подминая под себя. Это осознание пьянит и распаляет до безумия.
Но дело не в том, что я хочу вознаградить Армана за то, как он терпит и сдерживается.
То, как я переполнена им, насквозь, превращает и меня в самую настоящую дикую кошку. Голодную самку.
Сама не замечаю, как вхожу в какой-то дикий, безумный раж. Начинаю насаживаться на его член все быстрее и быстрее.
Из глаз брызгают слезы, когда его член толкается мне в небо. Почти в самое горло.
Соски сжимаются так, что готовы взорваться.
Одержимо трусь о его ногу мокрыми складочками.
Его хриплые рыки смешиваются с влажными шлепками моего тела и губ.
Дрожащими от запредельного желания пальцами провожу по его тяжелым яйцам.
И стону, захлебываясь в оргазме, когда мне прямо в горло мощно бьет соленая горячая струя.
Глотаю все до капли, позволяя Арману зарыться руками в мои волосы.
Но даже тогда не выпускаю его член из рта.
Он еще дергается и пульсирует. Не спешит обмякать.
А я продолжаю обхватывать его губами, водя языком по обгромной головке. Слизывая остатки его вкуса.
– Никкккка, – хрипло выдыхает Арман, и меня снова бьет током.
Пьянит от волн оргазма и новых волн возбуждения."
"Выпускаю его головку и скольжу губами ниже. По всей длине ствола. Вылизывая все до последней капли. Подрагивая, чувствуя, как вся пропиталась им. Кажется, его вкус теперь даже в венах.
– Иди ко мне, – он подхватывает меня, как перышко.
Притягивает к себе, укладывая на грудь.
И снова эти глаза. Пьяные. Порочные. С дьявольским огнем и жаждой, что сбивают с ног.
