А пока я его отпускаю.
Эпилог
Сегодня у меня начинается новая жизнь.
Я так долго ждала этого дня, что когда он наступает, принимаю это спокойно и безучастно. Утром встаю, заправляю постель, завтракаю со всеми вместе, как обычно, а потом иду к директрисе. Татьяне Борисовне скоро на пенсию, но она держится молодцом. Выдает мне документы и ключи от квартиры, а еще карту, на которую все это время начислялись положенные мне деньги.
— Доминика, тут еще кое-что для тебя, — мнется Борисовна и кладет передо мной еще одну карту.
И я уже знаю, что там.
Деньги. Наверняка много. Деньги, которые оставил мне Тимур Талеров помимо тех, что он оставляет мне в наследство. О наследстве мне еще раньше рассказал его поверенный, который специально для этого приезжал в детдом.
А еще я знаю, что это плата за то, что он год назад разбил мне сердце, когда сказал, что жениться не собирается ни на мне, ни на ком-то еще.
Я складываю в небольшую спортивную сумку документы и карты, а ключи кладу в боковой карман.
— Спасибо, Татьяна Борисовна! — к горлу подступает комок, она обнимает меня, мы некоторое время так стоим.
— Будь счастлива, Доминика, — она не скрывает слез. Удивительная женщина, столько лет работает, а каждый раз плачет по нам, детдомовцам. Выходит, мы все-таки кому-то нужны, если по нам плачут? — Ты не ищи его, ладно? Тимура…
Я знаю. Он сам мне сказал, что я не нужна ему, зачем его искать? Я просто верю, что наши дороги пересекутся сами по себе, надо лишь подождать, что-что, а ждать я умею.
На крыльцо меня выходят проводить воспитатели и кое-кто из работников детдома. Из моих ровесников я здесь самая младшая, так что все остальные уже разъехались.
— Держи, Доминичка, это яблочный пирог, с днем рождения! — наша повариха тетя Галя протягивает мне бумажный пакет, в котором в пластиковом контейнере лежит ее фирменное лакомство. Она печет его всем выпускникам, и я не стала исключением.
— Спасибо, теть Галь! — обнимаю ее, и она смахивает слезу.
Я покидаю детдом с тяжелым сердцем. Двенадцать лет я мечтала уйти отсюда, а теперь, стоило выйти за калитку, уже мечтаю вернуться обратно. Но совершеннолетние не могут оставаться в детдоме, и я ухожу.
Нахожу свой дом не сразу, поднимаюсь на этаж. Медленно проворачиваю ключ и толкаю дверь. Сколько я не была в этой квартире? Два года, с тех самых пор, как меня так неудачно отдали под опеку тетке-аферистке.
