— Эта пара отменяется, поэтому все расходимся по домам, — окинул он каждого здесь присутствующего таким взглядом, что хотелось приложить руку к голове и поскорее выполнить этот приказ, а потом перевел взгляд полный негодования на Олю, — а вы следуйте за мной. У меня будет к вам серьезный разговор.
И как только Василий Васильевич закончил свою речь, все студенты начали быстро запихивать свои вещи в сумки и рюкзаки и чуть не бежать на выход. Почему-то мне казалось, что сегодня они захотят как можно скорее добраться до своих домов, потому что состояние декана и такое вот чрезвычайное событие просто так ни для кого не закончится ничем хорошим.
Я тоже начала паковать свои вещи, но больше на автомате это делала, потому что не знала, как поступить в этой ситуации.
Ведь если учесть, что эту кражу совершила не Оля, а я была в этом уверена больше чем на сто процентов, значит ей кто-то подбросил эту флешку.
Не стоит быть слишком умным и сообразительным, чтобы понять, что это дерьмо мог сделать только один человек, для которого подруга стала как кость поперек горла. Конечно же, это был Олег. Если этот бес запугивал девушку с помощью сообщения, ожидал ее возле дома, то что ему стоило кого-то уговорить подбросить Оли носитель в сумку? На мой взгляд, это для него вообще не проблема, имея такой статус одного из лучших учителей страны.
Только вот возникало два вопроса — как теперь доказать всем преподавателям, а особенно декану, что эту чертовщину всю провернул новый преподаватель, а не студентка? А второй вопрос — кто был сообщником этого рогатого Олега? Это сто процентов должен был быть кто-то из наших одногруппников, только вот кто? Если бы мне бросили в сумочку эту флешку, то можно было с уверенностью сказать, что это Настя, но вот кому Оля перешла дорогу? Чем дальше в лес, тем больше дров…
— Вероника, давай скорее, я буду закрывать аудиторию, — прозвучала словно сквозь воду эта фраза и заставила меня выйти из оцепенения, которое на меня нахлынуло.
Оказывается, что владелицей этого голоса была Таисия Николаевна, которая стояла у двери и смотрела на мой силуэт, ведь кроме меня и ее в аудитории уже никого не было.
