Внутри вход в помещение похитители предусмотрительно закидали всяким хламом. И еще гробовая тишина. На призывы никто не отвечал. И только найдя вход и попав в подвал, стала понятна причина молчания похищенных. Уходя нелюди, предусмотрительно сделали своим жертвам уколы наркотического препарата. Обе девушки находились в состоянии обморока.
Кэти металась и стонала. Ольга лежала, вытянувшись, без сознания. Рыжулю вынесли в грязном одеяле. Её тело прикрывало старое рубище, пропитанное кровью. Прекрасные кудри девушки вырезаны клочьями.
При виде Котёны по моему телу прошёлся электрический заряд ненависти к тем, кто такое посмел сотворить. Мое воображение рисовало самые страшные картины надругательств над девушкой.
От сердца отлегло только в госпитале после тщательного осмотра ее специалистами.
- Да, спина, конечно, изуродована. Постарались на славу. Шрамы, вероятнее, всего останутся. Но есть и хорошая новость. Девушка невинна. Её не насиловали.
Слова о девственности Ольги стали для меня полной неожиданностью.
Я даже уточнил, серьезно ли заявление доктора, не ошибся ли он.
- Голубчик, это также верно, как и то, что сейчас у Вас учащенно бьется сердце. Да, понимаю, понимаю Вас. В 24 года и девственница - это сродни чуду! - пошутил врач.
Из воспоминаний меня вырвает грохот и громкий всхлип. Я подскакиваю. Открыв глаза, увижу, что голова Оли лежит на клавиатурной крышке, а её тело сотрясают рыдания."
"В мгновение оказываюсь рядом с Котёной. Подхожу со спины, сажусь на банкетку позади и аккуратно беру в крепкие объятия.
Её колотит. По открытой части от шеи до плеча вижу, как тело покрывается гусиной кожей и прозрачными бисеринами холодного пота. Левой рукой прижимаю к себе, правой забираю ее руки. Слегка приподняв, пересаживаю на свои колени. Качаю, как ребёнка. Оля не сопротивляется, подтягивает ноги и укладывает свою головку на мою грудь. Тихо, и как-то пронзительно всхлипывая, плачет. Слезы текут по ее щекам ручьями.
Понимаю, что ей сейчас нужен выплеск и выход накопившейся отрицательной энергии, нежно глажу девушку и тихо на ушко шепчу.
- Все хорошо! Все хорошо, моя милая! Плачь, моя маленькая, плачь. Тебе нужно выплакать свою боль, ты - живая…
Последние мои слова становятся спусковым крючком. Ольга резко замолкает, поворачиваетко мне лицо, хватает мои плечи, трясет меня и кричит.
- Саша. Я. Человека. Убила! Ты слышишь? Я - убийца! Ты понимаешь, Саша! Я. Убила. Человека! Я. Живая.
