Голова кружилась до вечера, и подташнивало, как после контузии.
Настоящее имя взрывотехника – Николай Парников. И оно ему подходило. Когда он оперировал специфическими терминами военной инженерии, перемежая их с географическими понятиями, то, на взгляд Короткова, походил на свихнувшегося Паганеля, решившегося утопить один из материков.
Глубина Охотского моря в точке Икс достигала одной тысячи семисот девяноста пяти метров и имела имя собственное – впадина Дерюгина. Ради установления причин гибели грузового самолета почти на двухкилометровую глубину комиссия по расследованию авиакатастрофы не решится послать пусть даже самый современный глубоководный аппарат.
К тому же любая комиссия подсознательно побаивается неожиданных результатов.
Николай Парников искал причины своей неудачи в океане общего краха – примерно так определил он положение вещей. Он верил в непогрешимость своего решения, и причины, на его взгляд, лежали не в сбое или несовершенстве его устройства. Их следовало искать «на стороне».
Это мог быть человеческий фактор. В первую очередь человеческий. Поскольку факт диверсии был установлен. Но больше всего ему хотелось верить в конфликт устройств, к которому он не совсем корректно применил известный термин «аппаратный вирус». Об этом он и докладывал Короткову, сидя напротив него на жестком стуле. Одет он был вольно, что также не могло понравиться начальству: вареные джинсы, футболка и пиджак. Но он не замечал, что нервирует генерала, гадает, а не анализирует, выкладывая свои версии.
И база у него была солидная. Он был информирован не меньше своего высокопоставленного визави. И главным в его умозаключениях был факт использования террористами генератора шума. Об этом говорили многие факторы, основанные на том, что экипаж не проронил ни слова в эфире. Он казался мертвым, а самолетом управляет автопилот. Но мертвые не могут маневрировать. Равно как и автопилот не может совершать маневры, идентичные тем, что совершаются при выброске десанта.
"
"– Я думаю, что генератор шума, который использовали террористы, спровоцировал работу замедлителя. Наводки, помехи стали сбоем в программе GPS. В результате чего запрограммированная точка, обозначенная на карте как центр впадины Дерюгина, программно, а может быть, и аппаратно сместилась. В пространстве и времени, – добавил Парников после непродолжительной паузы. Эта фраза была в ходу в жанре научной и не очень фантастики.
