Разумеется, лицо Силвейна оставалось непроницаемым, словно маска.
Однако он с напряженным вниманием слушал ее исповедь.
— Мой первый покровитель весьма любезно дал мне свободу, расторгнув наше соглашение, — он начинал стареть, и ему захотелось уйти на покой, переехать за город. После этого я смогла посылать больше денег Коре. Понимаете, я тревожусь за Кору. Это моя сестра. У нее столько детей и вдобавок… Затем второй мужчина познакомил меня с графом Уэрреном, за которого я вышла замуж.
Ева умолкла.
В комнате повисла тишина.
Адам сидел неподвижно, с застывшим лицом, лишенным всякого выражения.
Ева почувствовала, как кровь горячей волной прихлынула к щекам.
— Я понимаю, моя история ужаснула бы почти всех ваших знакомых. Однако она мало чем отличается от истории жизни многих молодых женщин, которых подтолкнула к замужеству нужда, преподобный Силвейн. Моя судьба могла оказаться куда более плачевной. Вспомните Мэри О’Флаэрти. Оба моих покровителя были достойными людьми.
И я предпочла бороться, чтобы выжить и спасти своих близких от неминуемой смерти в нищете.
Ева принялась медленно, осторожно накладывать мазь на рану. Она ждала вердикта. А в роли судьи выступал тот, кто уверял, что никогда не судит.
Адам не показывал своих чувств. Рука его вовсе не казалась напряженной. Мягкий рассеянный свет придавал кухне уют, создавая ощущение покоя.
В наступившей тишине Ева вдруг необычайно остро почувствовала, что близость Адама и тепло его кожи действуют на нее как настойка опия.
Ее вновь охватило опасное желание сбросить с себя броню, раскрыться, слиться с ним, раствориться в нем.
— Порой судьба не оставляет нам выбора, и мы следуем единственно возможным путем, однако наши поступки, даже подсказанные любовью, делают нас отверженными, — тихо произнес пастор.
Медленно подняв голову, Ева встретила его взгляд."
"В глазах Адама читалось понимание, и ей внезапно открылось: никто не расспрашивает священника о нем самом.
Никто не видит его подлинного «я». Прихожане стремятся найти ответы на свои вопросы, их волнуют собственные желания и нужды. Пастор для них — человек, достойный доверия, обладающий определенными качествами, такими, как доброта, надежность и красивая наружность. Они находят в нем то, в чем нуждаются.
И она не исключение.
— Вы, должно быть… одиноки, — вырвалось у нее. Она не добавила: «как и я». Ева знала, что Адам угадал ее мысль.
