Госпожа Киара отправилась в столицу для прохождения тщательного осмотра и снятия проклятия."
"Третьей жертвой стал молодой человек по имени Дидри Вайнторг. Очень красивый прежде, он получил проклятие, связанное с внешностью. Какое именно, Тувьер распознать не смог, но предположительно «Поцелуй старости». Парнишка вышел из дома буквально на полчаса, пообщался с местными девушками у реки, набрал воды и вернулся в дом. После чего за считаные минуты превратился в старика прямо на глазах у шокированной матери. Дидри также отправился в столицу для исцеления.
Последней, четвертой, жертвой стал сам Тувьер.
Вернувшись на постоялый двор, молодой человек побеседовал с хозяином, расспросив того о местных жителях с магическими способностями и составив небольшой список из трех фамилий.
Бабка Агафонья, местная предсказательница, к которой все бегали за гаданием на суженого и приворотными-отворотными зельями, была вычеркнута из подозреваемых после первой же беседы. Офицер сразу понял, что магии в старушке совсем мало, зато харизмы – хоть отбавляй.
Собственно, тем она и жила.
Также Тувеьер успел навестить местного холостяка и разгильдяя Шрая Виари. Тот, судя по наблюдениям молодого следователя, имел слабый дар врачевания, чем и зарабатывал себе на жизнь, не стесняясь завышать цены. Кроме отсутствия совести и присутствия наглости, он оказался ничем не примечательным.
В списке подозреваемых, как ни странно, значился и хромой (а теперь и косой) Вантей Аунц. У мужчины, судя по словам хозяина постоялого двора, был небольшой дар предвидения, однако до него Тувьер добраться уже не успел – оглох и уехал.
Здесь следует отметить, что на офицере стояла неслабая защита, как и на каждом Ночном страже Темной империи, но проклятийник с легкостью обошел ее, применив совершенно неизвестные потоки силы. Это и обескуражило полувампира, привыкшего с легкостью решать подобного рода проблемы.
И вот теперь парнишку заменил я, задумчиво поглядывающий на невеселый пейзаж за окном и размышляющий на тему поломки транспорта.
Кучер наш был пьян, скорость его движения явно превышала установленную норму, а дороги в этих холодных местах оказались полны ухабов и крутых поворотов. Карету, запряженную четверкой стареньких лошадей, периодически бросало из стороны в сторону. В какой-то момент ось колеса наконец-то не выдержала и дала трещину. Кучер, делая сальто через голову, громко помянул Бездну и приземлился прямо на гостеприимную землю Приграничья.
