"
"– Люда, солнышко мое ясноокое, – начала я, медленно выдохнув, перед взором тут же встали карие глаза подруги, и я, слегка наморщив нос, все-таки продолжила: – Ты сама хотела приработок на праздники! Сама хотела лучше разбираться в том, чем занимаешься, во-о-от… – мягко протянула я. – Читай рассказы, погружайся в мир фэнтези и наслаждайся обязательным счастливым окончанием любой истории.
– Ты издеваешься? – предупреждающе прошипела Людмила.
– Ни в коей мере! – тут же отчеканила я. – Всего-то чуть больше ста рассказов! Делов-то на три-пять вечеров.
– Лена! – в голосе подруги проступил рык, хотя ни одной рычащей буквы в моем имени не было. – Ты понимаешь, что я уже ненавижу темных лордов, адепток, все эти учебные заведения, волшебные кольца и проклятия! Да я так в них поднаторела, что могу проклясть любого! И фиг он снимет мой трехэтажный мат! – бушевала Людмила.
– Люда! – Я старалась достучаться до подруги, понимая, что зарядка в телефоне не вечная и связь может прерваться в любой момент. – Люд, ну чем тебе помочь?!
– Не знаю… – раздался тихий голос в мембране.
– Мне кажется, я схожу с ума… Я пыталась включить логику. Но я не понимаю, как можно влюбляться в мужиков с выпученными венами на лице? Как можно таять в его руках, если ты парализована от страха? Да я если боюсь, то единственное, о чем думаю, это о туалете!
– Люд…
– Погоди! – остановила меня подруга. – Я просто не верю! Понимаешь?! Я не верю в это! И не поверю, даже если ты мне лично приведешь этого лорда. Мужика можно либо любить, либо бояться.
А если ты его боишься и любишь, то лечиться тебе надо, а не о счастье своем, заметь, крайне странном орать!
– Хорошо! Будет тебе реальная история! – рявкнула я в ответ, разрывая связь.
Со злостью смотря на погасший экран, поняла, что реанимировать телефон смогу лишь через несколько часов, когда доберусь до зарядки, а значит, есть время подумать. Если честно, то стенания Людки разбудили мыслительный процесс в моей голове. Решительно отодвинув вампиров с их политическими интригами, я оглянулась и, найдя вполне приличное кафе, рысцой направилась туда.
Когда мое семейство озаботилось моей пропажей, на столе уже стояли три пустые чашки, имеющие следы блеска для губ и кофейные подтеки, а передо мной красовалась тетрадка в клетку, наполовину исписанная мелким почерком. Карандаш же, позволивший изложить собственные мысли и идеи, был нещадно сгрызен аж на треть.
– Дорогая, все в порядке? – обеспокоенно поинтересовался муж, присаживаясь напротив.
