Что мне ответить вам, магистр? Что на днях у меня помолвка, а потом я выйду замуж и все равно буду вынуждена оставить учебу? Что уже похоронила и оплакала свою мечту? Что последние полгода не живу, а изо всех сил пытаюсь убежать от реальности?
Или что мой будущий муж – низенький, лысый, с кривыми ногами и огромным пивным животом. А еще он всего на пять лет младше моего отца. Но это уже мелочи, правда?
Магистр еще раз вгляделся в мое лицо, не обнаружив в нем того, что искал, скривился и проговорил сквозь зубы:
– Понятно.
Идите, адептка Райденберг. Напоминаю, что с завтрашнего дня у вас практика в следственном управлении Ардама. Прохождение службы в столице – это весьма престижно, там вы сможете завести нужные знакомства. Подготовьтесь к ней как следует, не позорьте академию.
– Конечно, магистр, – покорно согласилась я.
Аудиторию покидала почти бегом. Ура, свобода! Ну, держись, Таисия! Сейчас лорд-ректор Кристиан тебе задаст!
Но, устроившись за столом и раскрыв тетрадку с наполовину написанным романом, я вдруг неожиданно для себя разрыдалась.
* * *– Таисия!
Рука лорда ректора поползла выше, опустилась на мягкое полушарие груди и чуть сжала сердито съежившуюся вершинку. Девушка тихонько застонала от блаженства – судорога любовного томления прошила все ее тело и отозвалась сладкой дрожью в пальцах ног. Ее внутренняя демоница заплясала тарантеллу, жонглируя горящими факелами и выкрикивая «Йу-ху!».
Но Таисия тут же выпрямилась, помня о том, как должна вести себя девица правильного воспитания, и даже постаралась вырваться из объятий своего мучителя…
Я вздохнула, засунула в рот обгрызенный кончик карандаша и мечтательно уставилась на потолок.
Перед глазами так и стоял лорд-ректор Кристиан Дрей. Мое игривое воображение наделило его внешностью лорда-директора Академии Проклятий Риана Тьера и аппетитами жеребца-производителя.
Лорд Дрей любил адептку Блэквуд. Любил ее много, страстно и разнообразно. С выдумкой так любил. Некоторыми сценами (например, той, где он обмазывал прекрасную Таисию клубничным желе, а потом слизывал его) я по-настоящему гордилась.
Ну и что, что опыта у меня ноль целых ноль сотых. Воображение его прекрасно заменяет. Вот выйду замуж, буду книжки писать. Все равно жизнь кончена. Только и остается, что мечтать о сексуальном ректоре. С кубиками на прессе.
Я потянулась, разминая затекшие мышцы. В окно заглядывал унылый серенький рассвет. Опять не спала, уже которую ночь.
