– И сколько лет это продолжалось?
– Пять, – пискнула я и вновь сжалась в комок.
Гном схватился за голову:
– О чем вы только думали, леди Фрейм?! Уму непостижимо! – Люциус нервно теребил ручки врачебного чемоданчика, словно сомневаясь, пока не извлек оттуда колбу с субстанцией ярко-малинового цвета. – Вот, выпейте. Это поддерживающее зелье.
Не задумываясь, я залпом выпила обжигающую жидкость. Мне в глотку словно кислоту залили, я закашлялась и застонала еще громче.
Боль в животе медленно угасала.
– Привыкайте, леди Фрейм, – почти траурно сообщил гном.
– Теперь, чтобы сохранить беременность, вам придется принимать это зелье ежедневно и постоянно увеличивать дозы. За пять лет вы убили всю репродуктивную систему, и теперь ваш организм не понимает, зачем ему нужен ребенок, и всеми силами старается его отторгнуть.
Осмысливая сказанное целителем, я гулко сглотнула набежавший в горле ком и, прикрыв глаза, просчитала варианты. Кажется, я доигралась. Мало того, что я могу лишить ребенка материнской ласки, скончавшись раньше положенного срока, так еще и рискую жизнь ему не подарить.
"
"Зато стали ясны слова демоницы. Эта тварь словно насквозь меня видела и знала обо мне гораздо больше, чем я сама. Но подписывать новый контракт на собственного ребенка я не собиралась. Я была готова выпить любую гадость, лишь бы сохранить беременность.
– Доктор, – решительно сказала я. – Готовьте запас этого жуткого пойла, я выпью хоть лаву из жерла вулкана, но ребенок должен выжить.
Люциус согласно кивнул.
Он просидел со мной остаток вечера до прихода мужа и только потом удалился, оставив нас наедине для тяжелого разговора.
Лайонел был мрачнее тучи, о моем самочувствии ему уже успели сообщить ушлые слуги, да и присутствие врача в доме само по себе намекало на какие-то проблемы.
– Ты в порядке? – спросил он, присаживаясь на край кровати.
– Могло быть и лучше, – призналась я.
– А ребенок?
– Люциус сказал, что с ним все хорошо, но как раз об этом я и хотела поговорить.
Муж напрягся, это было заметно по вмиг окаменевшим плечам.
– Беременность будет очень сложной, со множеством рисков. И это связано… – я немного замялась, понимая, что часть правды выложить все же придется. – Я обманывала тебя, Лайонел, говоря, что бесплодна. На самом деле все эти годы я принимала зелье, не дающее мне зачать.
Лицо мужа осталось непроницаемым. Все тот же ровный взгляд, только похолодевший на несколько сотен градусов.
– Почему? – абсолютно безэмоциональным тоном спросил он.
