А в ответ услышала рычание громче прежнего, и сквозь него человеческий и вполне узнаваемый недовольный голос:
– Я.
Спустя долгую паузу, во время которой я пыталась понять, зачем в снежную ночь лорду понадобилось бродить возле нашего дома, с той стороны двери послышалось фырканье и мурчание:
– Впус-стишь?
Какие бы ни были у лорда причины для полуночных прогулок, впускать его не хотелось. Но пантеру, даже несмотря на то, что у нее натуральная шуба и четыре ноги, которым позавидовал Кимбол, было искренне жаль.
Открыв дверь, запертую слугами на три мощных засова, я впустила животное.
– С-спасибо, – важно кивнув, пантера отряхнула от снега лапы и, осмотревшись, прошла через холл.
Начав подниматься по лестнице, она остановилась, повела носом и завороженно уставилась на поднос.
– Прекрасно тебя понимаю, – закрыв двери, я подошла и остановилась подле пантеры, – но это не для тебя.
Та хмыкнула: мол, и не надо, и не очень-то и хотелось. Дернула хвостом и даже сделала шаг…
А потом оглянулась недоуменно: я что, все еще не приступила к уговорам, чтобы она соизволила все это съесть?! Я все еще не начала уверять, как буду счастлива, если котик утолит голод?!
– Нет, – еще раз повторила я для непонятливых, но, услышав звук шагов со стороны комнат слуг, подхватила поднос и рванула вверх по ступеням.
Пантера бесшумно понеслась вслед за мной, и остановились мы только у двери моей комнаты.
Вот теперь, когда не было опасности быть пойманной за ночным обжорством, я поставила поднос на пол, подошла к перилам и глянула вниз.
По холлу, стараясь не шуметь, кралась одна из наших служанок. То и дело осматриваясь, она подошла к двери и поскреблась в нее. Потом, к моему удивлению, повторила этот маневр. А вслед за тем распахнула дверь и пропищала взволнованно:
– Где ты? Где ты, мой ненаглядный? Где ты, мой ненасытный?
– Рановато что-то, – оглянувшись на странно захрипевшую пантеру, поделилась я с ней впечатлениями. – Обычно девушки в канун Нового года гадают и суженого зазывают, а она…
Я с подозрением взглянула на пантеру – она выглядела так, будто ее только что в чем-то уличили.
– Понятно, – посмотрев на поднос, осознала я самое очевидное и даже слегка обиделась: – Не мог меня подождать?!
– Долго. – Мордочка зверя опять изобразила нечто непонятное, но у меня не было ни времени, ни желания наблюдать за его ужимками.
– Так, – открыв дверь в свою комнату и подхватив поднос, кивнула я пантере, – входи.
