Фон Клейст с ведьмой тоже рыщут. В поисках своих потерянных игрушек. У каждого своя игрушка. Одна безвозвратно сломанная, а вторая похищенная. Сломался ли Митяй? Понять сейчас сложно. Таня очень надеялась, что нет, но понимала: держится он сейчас исключительно на одной лишь ярости. Сил у него меньше, чем у котенка. В каком-то смысле он для них обуза. Без него было бы быстрее и легче. Вот только затевалось это все ради него! И было бы глупо остаться в усадьбе и попасться во второй раз. Но здесь в заложниках у фон Клейстов окажутся бабушка, тетя Шура и ребята.
И несложно догадаться, что с ними станет. А это значит, что кто-то должен остаться, хотя бы попытаться предупредить остальных, рассказать про запасную калитку.
Наверное, Всеволод научился читать мысли, потому что сказал зло и решительно:
– Даже не думай!
– Я без бабушки не уйду, а всем нам оставаться глупо.
– Глупо тут подыхать, – прохрипел Митяй. – Ты, Танька, не думай, я не такой… Я вернусь и разберусь с этим упырем.
Я жить не смогу, если не разберусь. Но сейчас ничего не получится. Видишь, хреновый из меня сейчас партизан. Ноги не держат, жрать все время хочу. – Он бросил быстрый, насмешливый взгляд на Всеволода. – Не бойся, блондинчик, просто жрать – хлебушка, молочка, а не того, о чем ты подумал.
– От блондинчика слышу, – буркнул Всеволод, а потом в упор посмотрел на Татьяну, сказал решительно: – Вы будете выбираться вдвоем. Не спорь! – Он предупреждающе вскинул руку.
– Ты знать не знаешь, где та калитка. А я уже более-менее на территории ориентируюсь. Тебе вот этот, – он кивнул на Митяя, – покажет. Уходите в лощину, спрячьтесь где-нибудь, затаитесь. В свою деревню только не возвращайся, слышишь? В деревню они в первую очередь искать придут."
"– У меня там мамка, – просипел протестующе Митяй. – Ты думаешь, я мамку им оставлю? Ты такой дурак, да?
– Митя… – начала Таня и замолчала. Как о таком сказать? Подходящего момента никогда не будет, но сейчас… – Митя, твоя мама…
– Нет… – Митяй отступил на шаг и яростно замотал головой.
– Молчи! Это неправда все! Не может этого быть!
Он все понял. Понял или знал с самого начала – чувствовал. Ведь была у них с Зосей какая-то связь. Снился ведь он ей, а во снах рассказывал, где его держат. А если это не сны были? Если та самая невидимая ниточка?..
– Митя, мне очень жаль. – Глупо, банально, беспомощно.
