Оглянулась по сторонам, посмотрела на пустое освещенное крыльцо, до которого рукой подать.
Зажмурилась от страха, но ломанулась туда.
Глаза открыла уже на ступеньках, перепрыгнула через них и юркнула в дом.
Господи.
У меня получилось.
Он меня не заметил.
Не медля, пролетела до кухни. И там, под светом бра, на полу возле табурета приметила свой сотовый. Сунула его в нагрудный карман рубашки, в которую одел меня Савва.
Рубашка пахнет им. Морским гелем, сигаретами с ментолом, чуть-чуть кондиционером для белья.
И еле уловимо парфюмом.
Всего несколько часов прошло с момента моего знакомства с соседом. А запах уже знакомый, привычный до невозможности.
Я должна покончить с этим, или свихнусь.
Двинулась обратно, босыми ногами по теплому полу, кухня, коридор, холл, распахнутая дверь.
И на крыльце он.
Сидит ко мне спиной, рядом пустой стакан. Савва курит, и дым серыми кольцами поднимается в воздух.
Замерла позади него и не знаю, что делать. Глупо было думать, что он провозится в кустах всё то время, пока я хожу за телефоном.
И что мне остается?
Просто выскочить и побежать мимо него?
Мои мучения как мне быть - оборвались одним махом, резко и страшно, так приговоренному к смерти опускается на голову меч.
В нагрудном кармашке звонкой, оглушающей трелью разразился сотовый телефон. Руки стали тяжелыми, ноги каменными, я к месту приросла и уставилась в мужскую спину, обтянутую светлой футболкой.
Савва неспешно, словно не слышит, как на весь дом орет музыка потушил окурок в пепельнице, стоящей возле его бедра.
Красные угольки плясали в безумном танце, пока он давил их, пока они не потухли.
Замолчал телефон.
Савва лениво поднялся. И так же неторопливо развернулся ко мне.
Встретились взглядами - бах, я как под гипнозом, смотрю, смотрю, смотрю на него. Но даже если он удивился - не показал, его лицо не дрогнуло, глаза ничем не выдали чувств.
- Привет, соседка, - поздоровался он своим бархатистым голосом, шагнул в дом. Прикрыл за собой дверь, и замок щелкнул. - Два часа еще не истекли, тебе так не терпится, Злата?
Он идет на меня, и я пячусь, слова выдавить не могу, лишь пялюсь на его крепкую пластичную фигуру и не верю, что это он, он, своим телом меня в постель вдавливал и целовал так, что до сих пор болят губы.
- Где мой пирог? - спросил он, подойдя вплотную, ладонями скользнул по моим ногам выше на бедра, задирая свою рубашку. - Если пришла в гости без угощения, Злата. Я угощусь тобой.
Сказал он. Сжал меня.
И повалил на пол.
