Погода в Гренхолде была своеобразной: вроде только что жара была несусветная, как резко похолодало, то пыль стояла столбом, то вдруг ливни зарядили. Я по достоинству оценила кахрет, благодаря которому умудрилась избежать новой простуды после долгих стояний на продуваемом всеми ветрами месте. Король оценил мой образ «пятнистой девки» и по истечении недели решил поставить меня в новое место, сделав рокировку с одной парочкой Просящих. Внутри меня поднялась паника: а как же рыжий? Как долго придётся добираться до новой точки? Но пока мне давали четыре дня, чтобы присмотреться к двум улицам и внести свои предложения по поводу очерёдности их разработки.
Собственно, вечера так и протекали: между готовкой, обсуждениями с дедом Гонро нового поручения и ухаживанием за раненым. Так как все необходимые гигиенические процедуры выполняла сама, то не смогла не заметить, как потихоньку наливаются мышцы в его теле, становясь понемногу крепче и плотнее. Даже вокруг раны ушла отёчность.
Деда Гонро, как и меня, смущало то, что рыжий до сих пор не пришёл в сознание. На всякий случай я оставляла некоторые метки, когда уходила, чтобы понять, двигался мужчина в наше отсутствие или нет, но они оставались нетронутыми. Поэтому оставалось только ждать. Дед Гонро посмеивался, что если бы рыжий пришёл в сознание, то уже сидел бы с нами за столом, так как аппетитные ароматы моих похлёбок и запеканок мёртвого способны поднять из могилы, не то что раненного с постели.
Мне оставалось лишь грустно согласиться, разламывая запечённую слоями с мясом и сыром картошку. Ради интереса даже подходила с дымящейся тарелкой к рыжему, но он так и остался недвижим: ни один мускул не дёрнулся, ни дыхание не изменилось. Но я не теряла надежды, продолжая вливать в него снадобья. Одежду рыжего я давно привела в порядок: выстирала, заштопала и сложила рядом с лежанкой на скамеечку. Что-то, что могло бы пролить свет на его личность, не обнаружила.
Ну да, было бы смешно, если бы он взял с собой паспорт или нечто подобное, отправляясь блуждать по незнакомому городу. Такое обычно оставляли в укромном месте, лишь знать носила с собой бумаги.
Чужаки убрались из Гренхолда в тот же день, когда попытались его убить. Князь рвал и метал, пытаясь выяснить, кто посмел промышлять на его территории, и потихоньку вёл переговоры с соседними Тёмными городами.
