В прошлый раз ты пострадал по чужой вине, а сегодня можешь натворить дел исключительно по собственной дурости. И вообще: не умеешь — не бурись. Это и я тебе говорил и продолжаю говорить, и девка эта говорила…
— Роур! Давай оставим нотации на потом! Присмотри за ней. Поясняю: если Ларе вдруг станет хуже: сразу же доложи мне!
Я выскочил из гостиной и понёсся в свою спальню. Вода водой, но без эликсиров и настоек точно не обойтись. Недолго думая, прихватил коробку с различными лечебными снадобьями и помчался обратно.
Графин с водой и так всегда имелся в каждой из комнат дома, так что на кухню не пришлось заворачивать. Судя по скучающему виду Роура, никаких изменений в состоянии Лары за те несколько минут, что я отсутствовал, не произошло. Плеснув на дно стакана немного из графина, сорвал зубами плотно вставленную в пузырёк с укрепляющей настойкой пробку и отсчитал три капли.
— Лучше четыре, но не больше, — невозмутимо заметил элементаль, устраиваясь поудобнее в камине, словно в театральной ложе.
Взболтав полученное снадобье, я аккуратно приподнял голову Лары рукой и прислонил стакан к её обескровленным губам. Спешить не стоило, нужно, чтобы всё его содержимое попало ей в рот, но при этом девушка не захлебнулась. Как только стакан опустел, отставил его в сторону и снова взял Лару за запястья. Обычно чистую магию вливают в районе солнечного сплетения, но сейчас такой способ мог только навредить.
Наконец, выгоревшие на кончиках ресницы дрогнули, и Лара открыла глаза:
— Надо же, в вас всё-таки снова проснулось человеческое…
— Что?!
Из камина тут же донеслось флегматично-назидательное:
— А я ведь тебе говорил… Смотри-ка, даже девка это заметила…
Лара прищурилась, а затем попыталась разглядеть, откуда донёсся голос.
— Говорящая ящерица?!
Роур фыркнул так, что во все стороны полетели искры, а затем выпрямился во весь рост:
— Я — элементаль огня! Из рода саламандр! А не ящерица!
Стоило мне лишь на секунду отвлечься, как Лара начала заваливаться обратно.
Ругнувшись, я поправил поток, внимательно следя за изменениями в состоянии девушки.
— Ты зачем объявила голодовку?
— Я не объявляла. Вы просто всё съедали. А потом приказали не готовить…"
"— Не понимаю, какая тут связь?
Роур тут же поумерил свой пыл, став чуть поменьше в размерах, и высунул морду за пределы камина:
— Ты бы плеснул ей ещё немного. И послушал.
