— Лисана! Не вини себя ни в чем! Ты не виновата, что ваш император не заботится о своих подданых!
После моих слов женщина в испуге подняла голову и посмотрела на окна.
— Тише ты, Мари! Не дай, богиня, услышат стражи правопорядка! Вмиг лишишься всего!
Я прикусила свой язык. Диктатура она и в другом мире диктатура. Не приведи Господь попасть под ее жернова, живым из нее точно не выбраться.
Оставшийся путь до второго кольца мы ехали в полном молчании. Я даже прикрыла окна шторкой, чтобы не видеть безнадежную нищету и уныние.
Было больно осознавать, что для большинства жителей этого мира первое кольцо на всю их оставшуюся короткую жизнь станет бессменным домом.
Спустя минут десять карета замедлила ход, а потом и вовсе остановилась. Не справившись со своим любопытством, одернула шторку и выглянула на преобразившуюся улицу. Маленькие уютные дома пестрели своими яркими крышами и стенами, повсюду витал аромат свежей выпечки, запах стружки и свежеокрашенной доски. Сквозь стойкий аромат копченостей пробивался ненавязчивый запах лекарственных трав.
— Прибыли, Ваша Светлость! — негромко произнес Марко, помогая мне спуститься с кареты.
Оглянулась. Карета остановилась возле небольшого постоялого двора, сквозь широкие окна которого были видны уютные диванчики, столики с цветами и снующий в разные стороны обслуживающий персонал.
Приподняв немного подол платья, чтобы ненароком не наступить на него и не упасть, я дождалась Лисану и вошла внутрь здания.
«Уютно!» — это было моей первой мыслью, когда я переступила порог.
К нам тут же подбежал администратор и недобро так взглянул на нашу компанию.
— Мест нет! — заявил он, даже не попытавшись при этом сделать лицо, полное сожаления.
А я ведь и забыла, что на мне платье с чужого плеча, к тому же старенькое и неказистое. Теперь понятно отчего столь явное пренебрежение в нашу сторону, встречают то по одежке, а вот провожают по уму. Видимо и в мире богини Лиитании это правило взято за основу гостеприимства.
Как вспомнила, сколько раз мне отказывали в съеме квартиры только из-за того, что на мне в двадцатиградусный мороз была осенняя куртка, а на ногах кроссовки, тут же стало не по себе.
Выручил всех нас Марко, громко заявив, что графиня Бинор желает отдохнуть и отобедать.
Что потом началось, хоть стой, хоть падай! Ступор, неверие и закрадывающееся сомнение. Ведь наверняка многие знали о скорой и таинственной женитьбе его светлости.
