Потом он ожил, повернулся и спросил:
— Так вы, выходит, не меня скрываете, а то, что я в человека превращаюсь? И для этого хотели меня заставить вызванного дива жрать? Чтобы объяснить, почему я такой сильный стал? Не выйдет… Виктор Геннадьевич меня уже увидел. А почему вообще? Ну, в человека нельзя?
— Странно, что ты только сейчас задал вопрос. Я же тебя уже давно скрываю.
Кузя пожал плечами:
— Сомов меня тоже скрывал. Мало ли вам зачем. Чтобы не завидовали, чтобы не боялись, люди вообще дивов боятся. Я и сам скрывал, что в человека умею.
— Ты был у Сомова незаконно. Это серьезное преступление. А я колдун и имею право держать дива. Но только второго класса. А ты первого. Понимаешь?
— Не очень. Какая разница? Анонимус первого класса, а ваш брат — его хозяин. И Владимир первого и даже посильнее, а у него хозяин тот унылый испуганный колдун. Вы такой сильный, почему вам нельзя?
Аверин смерил Кузю долгим взглядом. А потом решился и принялся рассказывать. Начиная с того, какую ошибку совершил, и заканчивая тем, чем всё это может закончиться.
Кузя должен обладать максимумом информации, чтобы случайно не выдать себя. И он достаточно умен, чтобы сделать правильные выводы и помочь.
А еще Аверину нужно было выговориться. Может, тогда на душе не будет настолько гадко.
Кузя слушал его очень внимательно.
— Значит, чтобы Виктора Геннадьевича не посадили в тюрьму, нам нужно поймать того дива, а я его сожру? И всё?
Аверин горько улыбнулся:
— Да, именно так. Всего-то.
— Ну тогда я вообще не вижу проблемы.
Если нам его всё равно ловить. Или мы его убьем, или он нас. В любом случае ваши друзья не пострадают, так?
— Ну, получается так.
Внезапно Кузя нахмурился и потер нос рукой.
— А если я его съем, вы же тогда, получается, меня отдадите в это самое? В Управление?
— Возможно, придется, — уклончиво ответил Аверин.
— Я не хочу, — отрезал Кузя.
— Почему?
— Я не хочу больше подчиняться хозяину, которого презираю. Я слышал и помню всё, что вы говорили в зале.
И готов полностью вам довериться. Но что, если я опять попаду к такому же человеку, как Сомов?
— Ты не совсем понимаешь. Ты будешь служить не хозяину. Ты будешь служить государству.
— Еще не хватало. Государство — это институт порабощения масс!
— Чего?! — не поверил своим ушам Аверин. — Ты что же, и правда анархиста когда-то съел?
Кузя смутился:
— Не ел!.. — он внезапно запнулся. — А почему это я сам не могу так считать?
Аверин сжал пальцами виски:
— Так.
