— Расскажи про Академию. Я давно там не был. Наверняка всё изменилось. Преподает ли еще старая кикимора Инесса?
— Ну конечно, — девушка разулыбалась, — что ей сделается, она же див. А ей правда тысяча лет?
— Нет, не думаю, — Аверин пошел вперед по дорожке, предлагая Любаве следовать за ним, — я уверен, что много больше. Наверняка среди ее личин есть даже неандертальцы.
Аверин надеялся, что ему удалось отвлечь Любаву от первых вопросов. Напряженной она больше не выглядела. Они прогулялись вдоль аллеи, рассказывая друг другую старые и свежие байки из жизни Академии в разных ее блоках — колдовском и чародейском.
И уже возвращались к дому, когда окрестности огласил громкий кошачий вопль.
Аверин бросился вперед. И, выбежав к площадке возле фонтана, увидел невероятную картину.
Возле беседки, где сидела бабушка, прыгал и махал руками Анонимус. А Кузя вцепился ему в рукав и истошно орал. Когда Аверин приблизился, фамильяр уже понял, что стряхнуть впившегося всеми когтями кота не получится, и попытался схватить его.
Но кот извернулся, рванул вверх, пробежал по плечам фамильяра и забрался ему под пиджак. Орать при этом Кузя не переставал.
Анонимус скинул пиджак, оставшись в жилете, и принялся обеими руками отдирать кота от своей груди. И это ему, наконец, удалось. Он поднял Кузю за шкирку и двинулся прямо к Аверину, брезгливо держа кота двумя пальцами на вытянутой руке.
Подойдя поближе, он протянул Кузю. Его глаза полыхали гневом. Прежде, чем заговорить, он глубоко вдохнул и медленно выдохнул.
Как будто человек, пытающийся взять себя в руки.
— Ваше сиятельство. Я нижайше прошу вас призвать к порядку ваше… животное.
Аверин прикусил губу, взял кота руками за подмышки и посмотрел на него. Выражение морды Кузи было самым невинным.
— Что произошло? — поинтересовался он.
— Это существо посмело запрыгнуть ее сиятельству на колени! Я немедленно схватил его, но это невоспитанное создание вырвалось и вцепилось мне в одежду! Ваше сиятельство, я старался сдерживаться и сделал всё, чтобы не навредить, но если я всё же сломал ему пару костей, прошу меня простить.
Аверин повертел Кузю. Тот свисал, как тряпочка, но выглядел вполне целым. Что же, Анонимус действительно обошелся с ним аккуратно.
— Спасибо, Анонимус. Я разберусь.
Он выпустил Кузю и подошел к бабушке.
— Прошу, не обижайтесь на моего кота. Он всего лишь хотел ласки. Он не знал, что вы не любите кошек.
— Я нормально отношусь к кошками, когда они ловят мышей в подвале и на кухне.
