У нее еще подозрение на сотрясение мозга.
– Легковушка ее долбанула. Может, пьяный. Или в телефоне сидел, пешехода не заметил. Видите, там поворот. Из соседнего переулка там неполный обзор дороги.
– Глупо удирать, за такое поведение только сильнее накажут, – сердито оценил действия водителя Обозов. – Камеры повсюду.
– Тут их нет, – возразил дэпээсник. – Улочка маленькая. Здесь кафешка, потом нежилое здание тянется до поворота на проспект. У кафе своя парковка во дворе. А напротив – стройка, торговый центр возводят.
Камеры не повесили. Вообще-то, здесь обычно тихо. Мы все запишем, запротоколируем. Надо сообщить родным, знаете их контакты?
Тимофей начал объяснять:
– Данные имеются в отделе персонала. Имя – Наталья Каскина, отчество не знаю, год рождения тоже, на вид ей лет двадцать.
– Федор! – крикнул дэпээсник, который стоял у «Скорой».
– Сейчас вернусь, – пообещал Дугов и отошел.
Обозов повернулся ко мне.
– У нас большое количество сотрудников. Я бы и не услышал о Наталье – кадровики сами решают, кого на низшие должности брать.
Мне показывают резюме кандидатов только на высшие начальственные ставки. Непосредственно со мной контактирует несколько личных помощников, я сбрасываю на них дела, которые не требуют моего личного внимания. Ну, например, всякими новостями шоу-бизнеса занимается отдел под руководством Михаила Банина. Но когда речь идет о первом десятке звезд, тогда вся инфа непременно попадала к Марфе – она была моей, скажем так, левой рукой. Имела право давать или не давать согласие на публикацию от моего лица.
Если сведения неприятные, порочащие, мы всегда можем договориться. Деньги решают любые вопросы. Соображаешь?
Я кивнула, Тимофей продолжил:
– Марфа неожиданно тяжело заболела. Мой личный секретарь взял временно вместо нее Наталью. Уж не знаю, кто ее протолкнул на должность. Каскина не без ошибок работает, но особых замечаний к ней нет. Нельзя назвать девчонку светочем разума, хорошо образованной, но она очень старается, гордится, что попала в мою личную команду.
Обозов улыбнулся:
– Всякий раз, когда звоню ей, слышу радостное: «Здрассти, шеф». Приветствие не по протоколу, но не делаю ей замечаний. Со временем из Натальи может вырасти хороший сотрудник – задатки имеются. И уже известно, что у Марфы дела плохи, она не вернется в холдинг. Сегодня Каскину сбили, потому что она шла на встречу с нами. Понимаю, глупо, но ощущаю себя виноватым. Не вели я ей немедленно явиться пред мои светлые очи… М-да.
