Книга Государь — читать онлайн бесплатно полностью

Риму, следовательно, очень повезло, что его цари испорченностью нрава очень быстро заслужили изгнание, так что растление не успело проникнуть во внутренность городского организма; благодаря этой неиспорченности бесчисленные волнения в Риме не повредили, а, наоборот, принесли пользу республике, потому что у людей была справедливая цель.

Вывод можно сделать такой: там, где человеческая материя здорова, волнения и смуты безвредны; если же она затронута разложением, не помогут никакие хорошие законы, разве что какой-нибудь единоличный правитель, прибегнув к чрезвычайному насилию, заставит их соблюдать и сделает упомянутую материю пригодной.

Но я не слышал о подобных случаях и не знаю, возможно ли это, потому что, как только что было сказано, город, пришедший в упадок из-за испорченности людской материи, может воспрянуть только благодаря доблести одного лица, действующей на протяжении его жизни, а вовсе не из-за благонравия граждан, поддерживающих добрые порядки; и после его смерти все возвращается на круги своя. Так было в Фивах, где доблесть Эпаминонда, пока он был жив, поддерживала форму республиканского правления, но по смерти его там снова воцарился хаос. Дело в том, что одному человеку не дано столько прожить, чтобы перевоспитать город, привычный к дурным нравам, и если какой-нибудь долгожитель или два доблестных правителя подряд не дадут ему правильного устройства, то, лишившись их, он тотчас же, как сказано выше, погибнет, либо его спасение будет сопровождаться многими бедами и кровопролитиями. Ведь испорченность и непригодность к свободной жизни вытекают из неравенства, существующего в подобном городе, а для восстановления равенства необходимо произвести великий переворот, на который редко кто захочет и сумеет пойти, как будет подробнее показано в другом месте.

Глава XVIII

Каким образом в развращенном городе можно сохранить режим свободы, если он там есть, и восстановить, если его нет"

"Я полагаю, что будет вполне уместно и в духе предшествующего рассуждения посмотреть, можно ли в развращенном городе сохранить свободное устройство, если оно уже существует, а если его там нет, можно ли ввести его.

На этот счет скажу, что и то и другое чрезвычайно затруднительно, и хотя здесь сложно вывести какое-то общее правило, ибо все зависит от степени испорченности, рассуждать можно и о таком предмете, что я и не премину сделать.