Маленькие, колкие глаза короля осмотрели её с ощутимой неприязнью, после чего он широко улыбнулся сыну:
— Седрик, какое счастье, что ты в порядке.
За спиной короля виднелась королева – высокая, статная женщина. Она была не молода, но её лицо всё ещё было очень красивым. Дарий, послушно стоящий рядом, казался внешне копией матери.
Правда…
«Не такой властный?»
Честно говоря, королева по типажу казалась той ещё стервой, но подтверждений этому пока что не было.
— Всё хорошо, отец. Это просто небольшая прогулка, что со мной могло случиться? – мягко ответил Седрик, играя роль прекрасного принца.
Кассия, чью руку крепко сжимал юноша, усиленно нервничала.
— Твоя жизнь подверглась опасности. К тому же… Леди Кассия Аулиц исключена из отбора, - провозгласил король, всё ещё бросая в сторону девушки гневные взгляды.
«Нет, ну если это всё наказание, то я не против»
— Отец, ты слишком строг. Мы с леди Аулиц поссорились перед её… Путешествием. В этой ссоре был виноват я. Юным сердцам свойственно загораться эмоциями.
Я прошу прощение за этот инцидент… Если кого и нужно наказать – так это меня.
Кассия едва не закашлялась от этого монолога. Честно говоря, он прямо таки светился, пока всё это говорил. Если бы не знала, как всё было на самом деле – поверила бы в то, что засранец искренне раскаивается.
Глядя в глаза своему отцу, Седрик сделал попытку приклонить колено, но король сразу же запротестовал.
— Наследный принц… Уверен? – послышался властный женский голос за спиной короля.
Это, определённо, мать Дария решила вклиниться в сюжет.
— Конечно, матушка! – жизнерадостно ответил Седрик, будто не замечая, как скривилась женщина от такого обращения, - к тому же, наша охранная служба значительно провинилась перед герцогом Аулиц. Его дочь едва не погибла во время отбора и только благодаря добросердечности герцога, он не выдвинул обвинения в сторону королевской семьи.
Дейон Аулиц вскинул бровь и выглядел примерно также, как и Кир, которого Седрик в своё время нарёк «добросердечным».
«Он с мастерством разыгрывает сцену» - подумала Кассия, едва не улыбнувшись.
Король поджал губы и, наконец, сказал:
— Хорошо. Но леди Аулиц должна принести извинения за своё поведение.
Кассия нахмурилась. Предположим, перед Седриком она извинилась, а вот этому королю явно ничего не задолжала. Однако, хватка кронпринца на её руке вдруг стала такой болезненной, что она едва не взвизгнула, поймав «нежный» взгляд от любимого королевского сына.
— Я искренне извиняюсь, Ваше Величество.
