О да, вы уничтожили напрочь мое самоуважение, я бы сказал «можете гордиться собой», но вы не относитесь к тем, кто страдает тщеславием.
Я улыбнулась.
Лорд Арнел ответил улыбкой, а затем произнес:
– Анабель, я пытаюсь принести свои извинения. За все что говорил, за то, как поступал, за откровенные домогательства, за попытки соблазнения, и довольно бесчестные. Я понимаю, что слова не искупят всей моей вины и не загладят тот вред, что я причинил вам, но… Вы спросили, о чем я думаю, глядя на вас, и я… предпринял попытку развернуто ответить на ваш вопрос.
Если же говорить более кратко… – он посмотрел мне в глаза, и сказал: – Глядя на вас, я вижу девушку, что стала моим наваждением, обрекающим меня на ад и рай одновременно. Я мечтаю о вас. Я жажду быть с вами. Мне хотелось бы прикоснуться к вашим губам и никогда не разрывать этого прикосновения. Я желаю обнять вас, и не выпускать из своих объятий до конца своей жизни. Но в то же время, я не могу сломать то удивительное хрупкое чувство в вашей душе, которое начал замечать с недавних пор, и по этой причине, взять желаемое силой… никогда себе не позволю.
Это было так… откровенно. Я не могла себе представить никого, кто был бы способен на подобную обезоруживающую откровенность, никого даже среди людей. Джентльмены не говорят о своих чувствах, потому как всегда сдержанны, леди же должны быть слишком скромны, чтобы спрашивать о подобном. В приличном обществе такие темы не поднимаются вовсе, если конечно, речь не идет о поэзии, музыке, драматургии, прозе…
И вдруг лорд Арнел произнес:
– А я могу задать тот же вопрос?
Взглянув на него с некоторым недоумением, переспросила:
– Какой именно?
Легкая улыбка и тихое:
– О чем вы думаете, глядя на меня, Анабель?
Я смутилась под его пытливым взглядом, опустила глаза, задумалась и… И внезапно, совершенно отчетливо поняла, что что-то изменилось.
Во мне. В моем восприятии лорда Арнела. В моих… мечтах? О, я никогда не забуду то признание, что было сделано в стенах потайного хода поместья Арнелов.
«Я люблю вас» – три слова, от которых мое сердце на миг перестало биться. На один краткий миг, но он столь отчетливо отпечатался в моей памяти и навсегда остался в моем сердце ощущением нереальности, волшебства, сказочности произошедшего. Тогда мне показалось, что засиял весь мир, теперь я понимала, что сиял не мир – сияли мы, я и лорд Арнел.