Значит, это случится здесь и сейчас? Что ж… Я, конечно, рассчитывала на спальню, как и полагается в приличном обществе. Но где маги — и где приличия… В любом случае, сопротивляться не стану.
Высшему моя покорность почему-то не понравилась.
— Страх… Опять страх… — хмуро произнес он, отстраняясь. — Его тоже боялась?
И я как-то сразу поняла, что речь идет о том маге, что остановил меня на площади.
— Его больше, — призналась честно. — Намного.
— О чем вы разговаривали?
— Он спросил, как меня зовут…
— Потом?
Вопросы сыпались один за другим — четкие, резкие, царапали кожу острыми краями, и я старалась отвечать так же быстро и кратко.
— Сказал, что я забавная и не похожа на других.
Про «вкусная» промолчала, даже вспоминать об этом не хотелось. Я же не еда, в самом деле.
— Дальше?
— Увидел печать, назвал альтэ… чужой…
— Да… — удовлетворенно подтвердила тьма. — Для него теперь чужая… Для всех…
Вновь придвинулась и, щекоча ноздри запахом осеннего леса, мягко тронула мои губы.
Я прекрасно понимала, что дальше последует.
Все мужчины любят целоваться — я это хорошо усвоила. После того, как назначили дату венчания, Сэлн точно с цепи сорвался. Пользовался каждым мгновением, когда мы оказывались наедине, чтобы прижать вот так же к стене или к дереву в парке и с какой-то голодной жадностью впиться в мой рот. И Айтон наверняка похож на него, даром что маг."
"Главное, не сопротивляться, не отталкивать — это почему-то их только распаляет.
Если не шевелиться и думать о чем-нибудь своем, то и не заметишь, как все закончится. Еще можно глаза закрыть, чтобы не смотреть, как тяжелеет, туманится чужой взгляд. Хотя с Айтоном это не обязательно, все равно ничего не видно.
Вот и замечательно — легче вспоминать о делах и принять то, что сейчас произойдет.
Значит, так… Во-первых, дрова… Нужно побыстрее их купить… И крышу починить… И…
Но время шло, а никто не собирался на меня набрасываться.
Айтон вообще вел себя совершенно иначе, чем Сэлн. Не трясся, как в лихорадке, не цеплялся за меня, не пытался настойчиво раздвинуть зубы, чтобы протолкнуть внутрь язык.
Я ощущала дыхание у своего рта, такое легкое, еле уловимое словно лицо овевал свежий летний ветерок. Достаточно чуть качнутся, и наши губы встретятся. Но маг почему-то медлил. Не нападал, не захватывал в плен, не принуждал — просто стоял.
