Посмотрела на успевший запачкаться светлый ворс под ногами… Подняла взгляд на невидимого собеседника…
Негодование… Оно взметнулось откуда-то из глубины души и злым сквозняком мгновенно выдуло всю растерянность и неуверенность. Да, я знала, зачем пришла, и готова заключить сделку, но унижать себя не позволю. Я помню, кто я. Кем родилась и останусь до конца своих дней, что бы судьба ни уготовила. А он… Он всего лишь маг, пусть и мнит себя сейчас хозяином жизни.
Предлагает раздеться? Хорошо.
Сосредоточенно и неторопливо, не отводя глаз от черной мути передо мной, развязала тесемки и привычно повела плечами, словно сбрасывала накидку на руки подошедшему сзади дворецкому.
Слуги, разумеется, не было, но плащ не упал на пол, как я втайне рассчитывала, а плавно поплыл по воздуху к камину и опустился на рогатую деревянную вешалку справа от него. Тут же из мрака «вынырнула» рука. Небрежный, еле уловимый жест — и моя одежда вновь сухая. И туфельки. И волосы. А рука, закончив движение, плавно опустилась на стол.
— Так лучше. Не находите? — все та же отстраненность в тоне. А затем вдруг повелительное: — Садитесь.
Если все настолько легко решается, зачем надо заставлять меня раздеваться? Высушил бы вместе с плащом, вместо того, чтобы делать двусмысленные предложения.
Демонов маг. Хотя… Не стоит, пожалуй, обижать демонов. Просто маг — и этим все сказано.
Аккуратно опустилась на край стула в сияющем круге света, расправила плечи. Невольно поморщилась — тут же начало слепить глаза, но ничего не сказала и просить не стала.
Уверена, все это тоже устроено специально. Так что… не дождется.
— Итак, Элис Бэар… — Длинные пальцы с аккуратными ногтями постучали по столу. — Разумеется, это не настоящее имя.
— Почему вы так решили?
Надеюсь, мне удалось сдержаться, и голос не дрогнул.
— Вы аристократка. — Это был не вопрос — утверждение. — Достаточно увидеть, как вы ходите… снимаете плащ… сидите, с прямой, как мачта, спиной, чтобы не осталось ни малейших сомнений.
Аристократка до мозга костей. Спесивая, заносчивая, надменная, как все ваше племя. Перед настоящей фамилией, наверняка, есть приставка «ли» да и имя звучит по-другому. — Теперь он уже не скрывал насмешки. — Ваш отец, братья, может, даже жених сражались против нас, не так ли? А теперь что? Погибли или ушли к «чистым»? — На стол опустилась вторая рука, пальцы переплелись в замок. — Мужчины тешат гордыню, а женщины продают себя победителям, чтобы выжить.
