Я, как наследница дара, тоже начала недавно учить этот тайный язык алхоров, но почти ничего, из того, что говорили Эвераши, пока не понимала, поэтому просто слушала. Затаив дыхание.
— Шеммед бха гхэш…
Чеканные, исполненные колдовской силы звуки, сплетаясь, взлетали вверх. Разбивались о высокий сводчатый потолок и горячими каплями стекали мне на плечи. Я почти чувствовала их жалящие прикосновения.
— Ра тахт, шэй! Ра!
Вокруг меня, словно выплеснувшись из пола, вспыхнуло, зазмеилось огненное кольцо.
Еще одно сомкнулось за спинами отца, деда и прадеда.
А слова продолжали звучать. Они заклинали, призывали… И, подчиняясь этому настойчивому зову, прямо в пламени, отделявшем меня от живых родственников, один за другим стали возникать призраки умерших.
Полупрозрачные фигуры. Суровые, властные, гордые лица. И… только мужские. Хотя, нет, я ошиблась. Последней, замыкая круг предков, появилась невысокая, даже в посмертии прекрасная женщина.
Глава 16
Невысокая голубоглазая блондинка с пушистой косой ниже талии, в легком струящемся платье, выгодно подчеркивавшем ее высокую грудь и тонкую талию.
Леди Ларуит, а это, несомненно была она, разительно отличалась от остальных темноволосых, темноглазых, строго одетых Хозяев. Словно экзотическая птичка, непонятно каким образом попавшая в компанию монументально-величественных орлов."
"Надо же, а ведь в ней, как и во мне, нет ничего от Эверашей, и это нас тоже удивительным образом сближает, помимо того, что мы обе… гм… не мужчины.
Отец говорил, что Ларуит редко откликается на приглашение и не торопится вступать в разговор. Неужели она здесь только ради меня? Вдруг даже заговорить изволит? Совет ценный даст? Раскроет тайну своего удивительного зеркала?
Несколько бесконечно долгих мгновений мы с предками придирчиво изучали друг друга. Призраки рода Эвераш не выглядели страшными и внешне почти не отличались от живых, но в глазах их не было ни блеска, ни света — они казались двумя дымными провалами в мрачную бездну.
Может, полагается церемонно потупиться и не разглядывать зависшие над полом чуть размытые фигуры так пристально и внимательно? Я ничего не знала о правилах поведения в круге, а когда спросила у Кронерда, как себя вести, что делать, он усмехнулся и ответил:
— Будь собой. Они должны видеть тебя настоящую.
Вот я и не стала скрывать любопытства.
Пауза затягивалась, и я решила первой прервать затянувшееся молчание.
