— Насколько я помню, мы договаривались встретиться в лаборатории, — отец даже не скрывал своего недовольства.
Дивен сжал зубы, еще выше вздернул подбородок и не ответил на недружелюбный выпад сына, а вот Ранглот оказался более разговорчивым.
— Договаривались, — легко согласился он. — Но я вдруг сообразил, что не успел сегодня позавтракать, и решил присоединиться к вам в столовой. Ну, а Ден, как примерный сын, составил мне компанию. Надеюсь, не прогонишь старика, позволишь утолить голод хотя бы маленькой корочкой хлеба? — смиренно вопросил прадед и, покосившись на нас с мамой, неожиданно подмигнул.
В моем представлении этот широкоплечий подтянутый мужчина на старика никак не походил. Если мрачно-высокомерному Дивену можно было дать лет пятьдесят, по человеческим меркам, то сам Ранглот выглядел почти ровесником собственного сына. Стройный, поджарый, крепкий, все еще по-своему привлекательный, с густыми темными волосами и хитрым блеском в глазах — он казался каким угодно, но только не старым.
Любопытно, сколько им обоим на самом деле лет?
Тем временем Ранглот, явно посчитав молчание за приглашение, непринужденно двинулся вперед, сопровождаемый строгим и прямым, как палка, «Деном».
Вальяжно обошел стол и устроился как раз напротив нас с мамой. Лорд Дивен величественно опустился рядом.
— Чем нас сегодня благословил Сахтар? — протянул прадед заинтересованно и повел рукой над столом, на котором тут же начали появляться фарфоровые блюда с ароматным содержимым.
Темный бог явно благоволил к старшему Эверашу, потому что «благословил» его не вожделенной корочкой хлеба и даже не тем, что нам подавали на завтрак, а огромным куском хорошо прожаренного мяса со специями, овощами и зеленью, радужной форелью в соусе из грибов, несколькими сортами копченого сыра и бекона, кувшином сока и даже хрустальным графином темно-пурпурного вина.
— Замечательно, — удовлетворенно выдохнул любимец Сахтара, гостеприимно предложил: — Присоединяйтесь. — И приступил к трапезе.
Дивен, несмотря на приглашение, ничего пробовать не стал, лишь плеснул себе в бокал немного вина, Кронерд тоже.
Мама, спокойно, аккуратно и невозмутимо, как и полагается истинной аристократке, ела десерт. Ну, а я решила выпить сока.
Как ни странно, происходящее не смущало и не раздражало, а Ранглон даже начал вызывать у меня симпатию. В отличие от Дивена, хмурое выражение лица которого откровенно напрягало. Ну да меня этим не испугаешь — до ледяного безразличия ли Норда деду все равно далеко.
