Сейчас на базу приедем, размещу вас с внуком по-королевски. Только сначала храмовники малыша проверят… Пустяковая формальность… Ясно же, мой внук рожден с благословения Каари, и по-другому быть просто не может…
Нэсса горестно застонала и уставилась на меня совершенно безумным взглядом.
— Эли… — прохрипела она жалобно. — Эли…"
"Маркиза рванулась к дочери, попыталась обнять, но та нетерпеливо мотнула головой и сбросила ее руку, все это время не переставая смотреть на меня. Требовательно. Просительно. Отчаянно. Как будто я единственный человек в мире, который способен хоть как-то изменить ситуацию.
— Эли…
Мне было невыносимо жалко… Нет, не невестку — крошечного племянника. Я не представляла, как поступит герцог, когда узнает, что его собственный внук, единственная надежда на продолжение рода, появился на свет благодаря вмешательству тьмы. Скроет этот постыдный факт или показательно накажет всех, включая ни в чем не повинного ребенка? С Нэссы станется заявить, что ее насильно заставили, и свалить все на нас с мамой.
Я лихорадочно подыскивала слова, доводы и… не находила. Как убедить ли Норда оставить внука здесь, пусть на время, если он именно за мальчиком и явился?
Леди Олиция прижалась к мужу, спрятав лицо у него на груди. Нэсса нервно кусала губы, и глаза ее быстро наполнялись слезами. А Ли Норд уже начинал хмуриться — сначала недоуменно, потом гневно. Невестка, вопреки ожиданиям, не торопилась падать в обморок от счастья, и это его явно разозлило. И тут заговорила мама.
Ее голос, тихий, странно спокойный, расколол повисшую в комнате тишину, которая с каждым мгновением становилась все более напряженной.
Почти осязаемой.
— Мне не нравится твое предложение, Лиммет.
Холодная отстраненность, уверенность…
То, что мама прилюдно назвала герцога на «ты», интонация, смысл ее слов — все это было так не похоже на прежнюю скромную, благонравную леди Гестину, что я удивленно замерла.
— И что же тебя не устраивает, моя драгоценная супруга? — склонил голову на бок ли Норд.
Похоже, он единственный в этой комнате наслаждался создавшейся ситуацией.
Мама не обратила внимания ни на издевательский тон, ни на подчеркнутое ответное «тебя».
— Бесполезно сейчас напоминать о том, кем ты был до нашей свадьбы, и кем стал, получив мои титул земли и состояние. И о клятве, что ты дал моим родителям… Той самой, которая явилась условием твоего принятия в семью, говорить тоже глупо. Я уже давно поняла, что ждать от тебя верности слову не приходится.
