Первый откровенный, пусть и очень тягостный, даже горький разговор случился через несколько дней после того, как я стала ночевать в особняке мага."
"Поначалу ничто не предвещало неприятностей. Полумрак спальни, запутавшиеся в волосах нежные поцелуи, легкое дыхание у виска, сильные пальцы, переплетенные с моими. Наверное, я слишком расслабилась, успокоилась, перестала каждое мгновение ожидать беды, потому и спросила о том, что давно уже не давало покоя.
— Когда приходили твои друзья, ты сказал им, что у тебя увольнительная после ранения.
Помнишь? Тебя не было целую неделю, и… я видела, в каком ты состоянии. Что тогда произошло?
Ладонь, удерживающая мою руку, сжалась, ровное дыхание сбилось — мужчина явно напрягся, и я поспешила добавить:
— Айт, если тебе не хочется говорить об этом, я не настаиваю.
— Айт… — протянул высший, и я, даже не глядя, поняла, что он улыбается, — ты первый раз так меня назвала. Сама, без всякой просьбы.
Ну да назвала. Давно хотелось, а тут само вырвалось, я даже не заметила.
— Наверное, пора спать… — снова начала я.
— Чистые, — прервал маг, и теперь уже я тревожно замерла. — Надеюсь, тебе не надо объяснять, кто они такие?
— Не надо, — осторожно качнула головой.
Объяснять, действительно, было не нужно.
«Чистыми» называли себя ярые приверженцы чистоты крови, ненавидевшие магов, считавшие их неполноценными людьми — заклейменными темным Сахтаром и недостойными существования. Во время войны к чистым примкнули сотни аристократов, а после поражения так нарекли тех, кто не сдался, не сложил оружия и продолжал бороться против лагорцев.
Ходили слухи, что отряды чистых прятались в западных лесах, недалеко от границы с Осканой. Открыто наш бывший союзник так и не решился выступить против Лагора, и сейчас тайно поддерживал сопротивление.
Иногда у меня мелькала мысль о том, что было бы, если бы отец и брат не погибли. И тогда я облегченно вздыхала, что мне не приходится сейчас выбирать, хоть и корила себя за малодушие, потому что родные совершенно точно находились бы среди чистых.
И Сэлн, скорее всего, тоже.
— Они ограбили несколько обозов, которые везли продовольствие дальним заставам, — голос Айтона звучал собрано и глухо, ни следа недавней ленивой неги. — Мне и моим товарищам пришлось вмешаться, быстрее нас никто бы туда не добрался. Я перешел первым и попал в ловушку. — Айтон снова стиснул мою руку. — Храмовники, будь они прокляты, так и не успокоятся, пока мы не уничтожим всех, до единого.
