— Я пожала плечами: — В любом случае очень странным является тот факт, что после покушения на миссис Томпсон полиция не нашла ничего странного ни в ее доме, ни в целом под зданием. И вы видели зал собрания заговорщиков — в него вело множество ходов.
Мы вновь помолчали, и я добавила:
— Ко всему прочему, у меня есть основания предполагать, что люди, подобные миссис Томпсон, осуществляли торговлю новорожденными драконами, и, несмотря на кажущуюся заботу, я не нахожу в этом ничего милосердного, правильного и прочего.
Дракон мгновенно повернул голову ко мне, сконцентрировал нечеловеческий немигающий взгляд на мне же, и я постаралась объяснить:"
"— Дважды: и в вашем поместье, и в момент призвания лордом Давернетти образов в доме миссис Томпсон фигурировала девушка. Ее лица не было видно, но движения, жест рукой и тот факт, что в ее перчатке наверняка имеются серебряные нити…
— Вы полагаете, у этой девушки какие-то свои счеты к миссис Томпсон? — перебил меня Арнел.
— Лорд Арнел, — я поднялась в волнении, — эта девушка использовала «Gehénnam».
Для убийства можно было бы применить сотню иных заклинаний, но она применила именно «Gehénnam», заставив свою жертву в ужасе отсчитывать последние секунды своей жизни и планируя сжечь все, что…
И тут я остановилась.
Как же я раньше не подумала об этом?!
Действительно, наша убийственная незнакомка хотела сжечь все, что находилось в доме миссис Томпсон! Абсолютно все! И если поначалу я едва ли задумалась об этом, то теперь на меня со всей ясностью обрушилось осознание: девушка была драконом! Драконом, который знал, что миссис Томпсон хранит записи о детях, рожденных незаконно, но обнаружить их не могла.
— Мисс Ваерти, вы побледнели, — заметил лорд Арнел.
— Немудрено, — эхом отозвалась я.
Постояла, заламывая руки и судорожно размышляя обо всем этом, и спросила:
— Лорд Арнел, а судьбу девушек, попавших в дома терпимости, можно назвать завидной?
— Зависит от того, что вы понимаете под домом терпимости.
— Дракон наблюдал за моими метаниями неожиданно с явным и нескрываемым удовольствием.
Его удовольствие было оправдано тем, что мне предстояло задать очень щекотливый вопрос.
— Бордель? — отчаянно краснея, спросила я.
Дракон усмехнулся, кивнул и ответил:
— Что ж, в таком случае завидной судьбу нашей преступницы действительно назвать сложно.
Я стояла, вопросительно глядя на него и ожидая… да хотя бы подробностей.
![Обложка книги Афера [СИ]](/uploads/posts/images/5/afera-si.jpg)
