А в момент, когда сознание погрузилось во тьму, он готов был поклясться, что услышал собственное имя.
– Саймон!
– Саймон? Саймон. Саймон!
Голова болела так, будто кто-то бил по ней молотком, и он поморщился, прижимая ладонь к виску. Смутно мелькнувшая мысль подсказала, что он, видимо, превратился в человека, сам того не осознавая.
– Что?..
– Очнулся, – раздался знакомый женский голос. Саймон открыл глаза, но всё расплывалось.
– Ну наконец-то, – произнёс кто-то хрипловато – этого мужчину Саймон не знал. – Я же говорил, нашатырь поможет, Зия.
Зия Стоун. Мысли разбредались, и Саймон попытался присесть. Голова от этого заболела только сильнее, и он застонал.
– Постарайся не шевелиться, – сказала она, и на плечо опустилась рука. – Акулы неплохо тебя потрепали, так что синяки останутся. Но ничего серьёзного, к счастью.
– Где… – выдавил он. Лицо Зии начало принимать очертания. На переносице её залегли морщины, а сидела она на краю дивана, где он лежал.
– Всё в порядке, Саймон, не бойся. Ты был на волоске, но мы успели до того, как эти отморозки тебя добили, – сказала она.
Свет был приглушён, но до слуха доносился плеск воды, и постепенно до Саймона дошло, что перед глазами всё качается, потому что они на воде, а не из-за головокружения.
Они были на лодке.
Саймон сел. Тут же тошнота и боль накрыли его с головой, мир вокруг закружился, но ложиться он не собирался.
– Мама, – задохнулся он. – Она… Род хочет её…
– Никто не тронет твою маму, – вновь послышался грубый голос, и Саймон огляделся.
У стены сидел стройный загорелый мужчина с сединой в волосах, наблюдающий за ним. – Мы за ней приглядываем, а если кто-нибудь попытается что-нибудь предпринять, то не доживёт до утра."
"Саймон выдохнул с облегчением. Раз ночь ещё не закончилась, значит, не факт, что Орион успел напасть. Но короткую передышку быстро нарушило осознание того, что он не знает, где он, что это за мужчина и что вообще происходит.
– А вы…
– Саймон! – Дверь распахнулась, и в комнату влетела Уинтер.
Практически отпихнув Зию, она крепко его обняла. – Феликс сказал, что ты здесь, но меня к тебе не пускали.
– Феликс? – Рану в боку пронзило обжигающей болью, но он проигнорировал её. – Он…
– Туточки, – раздался знакомый писклявый голос. Извечно недовольный, Феликс выпрыгнул из кармана Уинтер к Саймону на подушку. Тот, слишком потрясённый, чтобы вопить от радости, подобрался к нему и внимательно осмотрел.
– Я думал, тебя съели, – сказал он, прижимая его к щеке.
