На меня так никто никогда не смотрел.
– Лика, это неправда.
– Правда! Это правда! И да, мне по заслугам досталось. Не жалей меня, не надо. И если сможешь, прости…, – совсем тухнет её голос.
– Лика! Лика! Не закрывай глаза! – трясу я. – Я тебя простила, слышишь? Простила!
Но она не отвечает, глаза её закатываются, она отключается.
– Лика! Лика! – рыдаю я.
Машина резко тормозит. Дверь открывается. Никита. Влетает внутрь, хватает меня.
– Алиса! Ты ранена! – бегает его испуганный взгляд по моему зарёванному лицу.
– Лика! Лика ранена! Спаси её, пожалуйста, – рыдаю я.
Никита переводит заторможенный взгляд на подругу. Прикладывает руку в её шее, мы все замираем на несколько секунд.
Никита расстроено качает головой.
– Ей уже не помочь, – сообщает помертвевшим голосом. – Мне очень жаль.
– Нет! Нет! Нет! – рыдаю я. – Я так больше не могу! Сколько ещё смертей должно случиться! Я проклята? Почему рядом со мной все умирают?
– Тише, тише, ты не виновата, пойдём, – вытаскивает меня из машины, к нам подбегают медики, они осматривают Лику, вытаскивают её тело, грузят на носилки.
По обрывкам их фраз понимаю, что Никита был прав. Лике уже не помочь…
Сквозь слёзы вдалеке вижу Игната, он с трудом выбирается из машины. Нина, завидев его, летит к нему в объятия. Вижу, как он обнимает её, с каким теплом смотрит.
Внутри у меня сейчас столько чувств, они такие сложные, они бурлят, но
после слов, сказанных подругой, я вдруг понимаю, как мелки все мои обиды.
Жизнь одна и не стоит тратить её на них. Завтра может не случиться, а значит, сегодняшний день нужно прожить, как последний.
Прижимаюсь крепче к Никите, вдыхаю его запах. Он такой родной, такой нужный мне сейчас. Господи, неужели я выбралась. А ведь эта пуля могла убить и меня, тогда бы я больше никогда не увидела дочь, не сказала бы, как люблю её… и её отца.
Смотрю на Никиту, тону в его взгляде. И столько в нём любви, переживаний, страха за меня…
Вот тот самый взгляд, за который Лика готова была умереть.
И да, это очень ценно. А главное, взаимно.
И понимаю, что больше не хочу жить во власти обид. Я хочу любить и быть любима. Не могу врать себе, не могу противиться чувствам… А обиды… Я хочу их отпустить… Навсегда…
Начать новую станицу без боли, без предательства, без измен…
– Алиса, я люблю тебя, – шепчет Никита.
– И я тебя, – шепчу еле слышно.
Хочу закричать об этом, но комок разрывающих эмоций не позволяет.
