В подтверждение своих слов лекарь широко распахнул дверь, приглашая меня войти. Я благодарно приняла приглашение.
Внутри меня ожидал сюрприз: мне навстречу со стула поднялся Терро. По-видимому, до моего прихода оба лекаря – человеческий и звериный – пили чай.
– Донья Сандра, как это замечательно, что вы зашли! – воскликнул Терро, пододвигая мне третий стул. – Присаживайтесь, устраивайтесь поудобнее, не дожидайтесь, пока этот склеротик вспомнит о правилах гостеприимства.
– Кто склеротик? Я склеротик? – возмутился Росси.
– Да я как раз собирался пригласить донью выпить с нами арканзийского чаю.
– Ты собирался, а я пригласил. – Терро лукаво мне подмигнул.
– Зато чаю нашей гостье смогу налить только я! – торжественно объявил Росси, незамедлительно приступая к делу.
Он подошел к буфету с прозрачными дверцами и извлек оттуда чашку с блюдцем из того же сервиза, что и стоявшая уже на столе посуда – светло-зеленая, с причудливым золотистым рисунком.
– Дон Росси, у меня к вам возникла одна просьба, – сказала я, прижимая руки к груди.
– К нему? А почему не ко мне? – обиделся Терро.
– Ну… Речь в данном случае идет о человеческом организме, – извиняющимся тоном объяснила я.
– Ты все понял? – торжествующе обратился к коллеге Росси. – Тараканы у доньи Сандры пока не болеют, так что ты не у дел.
Я кашлянула. С чистотой в армоне у Данте все было в порядке, так что тараканы у меня в покоях не водились. Только в голове. А уж эти были здоровы, бодры и веселы и в лечении явно не нуждались.
– Я отлично могу помочь и с человеческим организмом, – заверил меня Терро, игнорируя слова приятеля.
– В свое время я даже был лучшим студентом на соответствующем курсе.
– Сколько десятилетий назад это было? – замахал на него руками лекарь. – Ты давным-давно все позабыл, старый склеротик! И потом, ты ведь ушел с факультета, после того как провалил экзамен!
– Когда это такое было? – возмутился Терро.
– Вот! Я же говорил – склеротик! – победоносно объявил Росси.
– Господин Росси, – несмотря на то удовольствие, которое оба, без сомнения, получали от распри, я была вынуждена вклиниться в дискуссию, – скажите, вы можете определить возраст грудного ребенка?
– Если получу возможность его осмотреть? – деловито уточнил лекарь.
– Разумеется, – подтвердила я.
– Определенно, – ответил на мой вопрос Росси. – Дату рождения, конечно, не назову, но смогу назвать возраст с возможной погрешностью до двух недель.
– Я думаю, этого будет достаточно, – кивнула я. И сразу же вскочила на ноги.
