Короткая пауза, тяжелый вздох, хищный взгляд. И Вася продолжает:"
"– Вариант второй. Неважно, причастна ли ты. Сведений даже предположительных сейчас нет. Мы начинаем копать. И мы, уж будь уверенна, нароем, а он такое опять-таки никогда не проглотит молча. Для него это смысл жизни. Он начнёт мстить. Рыпаться будет. Переходить все грани допустимого, – я вздрагиваю от последних слов, округляю глаза. – Потому что Гордый не умеет молча, осторожно и правильно. Ему нужно эффектно, громко, справедливо. Чтоб все виновные на паперти.
И за это он когда-нибудь поплатится. Убрать его могут.
– А ты тогда зачем? Не в состоянии выполнить свою работу?! – восклицаю шокированно.
– Я не всемогущий, Кристина. Если у человека отсутствуют тормоза, а сам он отмороженный, когда-нибудь я могу попросту не успеть.
– Хреновый ты безопасник, Вась. Да и друг такой же. Гордей не принимает поспешных решений. Каждый его шаг выверен.
– Очень даже зря ты так думаешь. Он полезет туда, куда нельзя, и я его ничем не удержу. Ты его совсем не знаешь, Кристина.
Ты видишь человека, которого сама придумала. На самом деле он другой. Совершенно, – вздыхает. – Ты… ты не знаешь, из чего состоит его жизнь.
– Из чего же?
– Кристин. Ты спичку когда-нибудь зажигала? Искра, запах серы? Было?
– Ну было. К чему ты клонишь?
– К тому, что Гордый и есть этот огонёк. Это вся его жизнь. Горит, пока есть интерес, пока есть искра, пока подпитывает что-то. А потом гаснет. Внезапно. По щелчку пальцев, понимаешь? А если не гаснет, знаешь что делает? Увлекается и обжигает.
С ним на расстоянии хорошо. Но он вообще не контролирует, куда огонёк перекинется. И горстки пепла потом его тоже не заботят. Когда новая страсть находится. Тебе бы по-хорошему уйти от него Кристин. Пока поздно не стало.
От его слов во мне что-то прорывает. Что-то, что я давно давила внутри себя, загнав в дальний уголок. Но теперь страхи вернулись и выплыли на поверхность.
Я для Гордея та же игрушка. «Горит, пока есть интерес». Как много заключено в этих словах. Ведь и правда он со мной только потому, что в своё время я упорно говорила «нет».
Я осознаю горькую истину только сейчас… Интерес и упорство пересилили. А теперь? Он мне даже не перезванивает.
Вася специально все так преподносит? Я не понимаю, во что верить. Но знаю, что он очень давно приближён к Гордею. Предатель?
– А не с твоей ли подачи картину вынесли, а Вась?
Собеседник грустно смотрит на меня. Тяжело вздыхает.
– Я бы на такое никогда не пошёл. Я бы плохо ему не сделал.