Она растерянно посмотрела на мать, которая ответила ей строгим взглядом, потом на сэра Генри, который в замешательстве отвел глаза. Никто не мог стать для нее поддержкой в этот момент – рассчитывать она могла лишь на себя. А когда она все же прошептала слова клятвы, навеки связывающие ее с этим Йеном Макартуром, каким-то неведомым ей полудиким горцем, ее охватила такая тоска, что захотелось тут же расплакаться.
Но все слова были сказаны, и сэр Генри повел ее и Перси к столу, чтобы подписать необходимые документы. Первым от имени королевы подписался он сам, потом передал перо Перси, который поставил подпись вместо Йена Макартура.
А когда перо протянули Бригитте, она, пребывая в каком-то странном оцепенении, непонимающим взглядом уставилась на него.
Вдовствующая графиня уже открыла рот, чтобы выбранить дочь, но Перси мягко вложил перо в руку невесты и жестом показал на брачный контракт. Смирившись со своей судьбой, Бригитта размашисто поставила свою подпись. Отныне она была уже не девица Деверо, а леди Макартур, ни больше, ни меньше.
Вдовствующая графиня схватила дочь за руку и, не давая ей опомниться, потащила к двери.
– Я думаю, – с нажимом говорила она по дороге, – что тебе надо надеть к ужину другое платье, моя дорогая. Что, если то розовое, с оборочками?..
Почувствовав в этих материнских словах свойственную графине твердость, Бригитта лишь молча, кивала, покорно следуя за ней. А едва они вышли в вестибюль, как за спиной у них раздался сочный мужской смех. Это Перси, в конце концов, не выдержал и дал себе волю.
2
Как по мановению волшебной палочки, ночной туман исчез на рассвете, что предвещало солнечный день. Все собравшиеся во дворе замка заметили это и сочли благоприятным предзнаменованием. Бригитта отправлялась в Хайленд к своему мужу. Шотландцы, давно готовые к отъезду, теперь бесцельно слонялись по двору, ожидая появления леди Макартур.
Но первой с озабоченным выражением на лице появилась Сприн.
– Бригитты нет в ее комнате, – негромко сказала она графине.
Леди Деверо и стоявший рядом Перси обменялись тревожными взглядами.
– Если она сбежала, – воскликнул Ричард, в силу возраста начисто лишенный дипломатических способностей, – ей не поздоровится!
– Ну, вот еще! – насмешливо фыркнула Хэтти. – Бри на такое не способна… А вот и она.
Одетая в темное дорожное платье и плащ, Бригитта вышла во двор из замковой церкви и с извиняющейся улыбкой направилась к ним.
– Они, представь, подумали, что ты сбежала! – воскликнула Хэтти.