Директор щелчком отправил окурок в ухоженные американские кусты и потянулся до хруста.
Всполохи огней снизу осветили крепкое тело и вполне напряженное мужское орудие между ног.
- Пососешь еще, красавица?
Марго откинула длинные волосы на бок и повернула голову.
- Даа, иди в ротик, Темочка. Только не глубоко, ладно? А то с обеда от тебя горло болит.
Красные губы порочно обхватили подставленный в готовности ствол. Внизу замолчали. Только стучало тело о тело и раздавались чмокающие звуки.
Вера осторожно отошла от края, некоторое время постояла, прислушиваясь к мерным ударам.
Пожала плечами. Не ее это дело. Пусть люди отдыхают как хотят. Только от Паши не ожидала, что так легко поделится с руководством. Хотя, если вспомнить кто в парочке командовал, то может и не он решал.
Аппетит пропал, если дело так пойдет дальше, в родные пенаты она вернется исхудавшей как дикая волчица. Оставила тарелку на специальном подносе.
Шумы затихали, люди явно разбредались спать, копить силы перед завтрашним днем.
Уже на повороте к своему коридорчику, одна из дверей резко открылась, чуть не хлопнув ее по лицу.
- Алиса? Ты среди моих гостей?
В одном полотенце вокруг бедер, вытирая вторым мокрую голову, перед ней высился Алексей.
- Что ты тут делаешь? Тоже из-за переброса воды душ не работает?
- Я... из персонала. Наше крыло тоже без воды.
Леша взъерошил пятерней влажные волосы и выпалил:
- Вот что я, дурак, к тебе с дурацкими вопросами пристаю. Совсем другое хотел сказать.
Я искал тебя везде. Расстроился страшно, когда не нашел. Может посидим немного где-нибудь? В саду, например.
В следующую секунду Вера поверила в инопланетян, гипноз и прочее управление разумом. Потому что кто-то ее голосом ответил:
- Я тоже скучала. Давай посидим.
Он расцвел. Вера рассматривала снизу широкий, свежевыбритый подбородок с небольшой ямочкой по центру. Любовалась добродушным сиянием серых глаз, белозубой улыбкой с нижним чуть выдвинутым вперед клычком. Красивый парень.
Огромный и… милый.
Многие подруги считали, что парни не должны быть милыми. Они тащились от волевых грубых самцов. Ее давняя школьная приятельница Марина просто млела от приказного тона и жестких замашек. ""Это так заводит, – мурчала она, рассказывая об очередном сексуальном кавалере, – схватил за горло и трясет, трясет. Бац, и я в оргазме"".
За такими парнями с брутальным байроническим взглядом стояли очереди, укладывались штабелями пострадавшие девицы.
