Порешаешь все вопросы, отправлю тебя вместе со Стасом в санаторий. Хотя нет, работа наша встанет без таких ценных кадров, лучше по одному вам съездить.
– Я Стаса, конечно, уважаю, но в санаторий не хочу. Мне бы отпуск на недельку, Петр Николаевич. Обещал жене морские просторы в этом году показать. Вернее, обещаю я уже не первый год, но чувствую, что сейчас настал тот момент, когда нужна передышка.
– Недельку? Недельку дам, больше не могу.
– Вот теперь я точно всем сегодня доволен!
Гуров шел домой с ощущением приятной усталости, однако все же была какая-то горечь из-за Жанны Вайцеховской, из-за ее искалеченной жизни.
Лев Иванович за годы работы не очерствел, хотя приходилось сталкиваться на своем пути с непростыми ситуациями. Именно доброта, чуткость, сопереживание – те качества, которые отличали его от большинства своих коллег, именно за это его любили, ценили и уважали. Все остальное не могло не радовать, а радостью нужно было делиться. Что касалось работы, то первым, кому хотелось рассказать о своих удачах и неудачах, был даже не генерал, а коллега, закадычный друг и просто хороший человек – Станислав Крячко, который пропустил в расследовании все самое интересное и не смог насладиться головокружительным успехом в деле об убийстве Фельцман.
Ему Гуров и позвонил по дороге:"
"– Как ты там, Стас? Ты даже не представляешь, как тебя здесь не хватает! У нас хорошие новости: мы всех, кого следовало, упекли за решетку.
– Не сомневался, Лева, что ты за меня отомстишь.
– Да уж, вывели из строя такую важную боевую единицу. Ты столько всего пропустил! Я тут у богатея нашего в бункере побывал, мне даже экскурсию провели во время ОРМ. Я такого отродясь не видал. Как тебе бассейн на двадцатиметровой глубине?
– Неплохо кроты живут.
– Я бы сказал, роскошно живут, но недолго и не на свободе. И стоило тратить такие деньги на безделушки, чтобы жить в золоте пять лет, а потом чалиться на нарах десятилетиями?..
– Как думаешь, сколько дадут Загорскому?
– Вышку.
Это без преувеличения, и есть за что, там еще раскрывать и раскрывать – и на мой, и на твой век хватит, так что возвращайся скорее.
– А Вайцеховскому?
– Этому светит от десяти до пятнадцати, если признают вменяемым.
– Есть основания не признать?
– Есть основания провести экспертизу, потому как человек без психических отклонений на подобное решиться не смог бы – убить и жену, и тещу.
– Я не ослышался?
– Нет, Стас, ты не ослышался.
