Оно нередко наваливалось и раньше — в Афганистане, потом — в Нагорном Карабахе и особенно — в Чечне. А в начале работы в управлении утомление ощущалось постоянно, чуть ли не каждый день.
Ему шел пятьдесят третий год. И он лучше любых врачей понимал, что на таком «форсаже» долго не вытянуть. Надо было хоть немного передохнуть, хоть малость отдышаться. Он усмехнулся, подумав: от этого «ралли», от этой «гонки на выживание».
В том же безумном режиме работа предстояла и завтра, и послезавтра, возможно — еще много дней.
Сменить его не мог никто ни на одном этапе. Сойти с дистанции он не имел права — дублеров не было.
Но сегодня он не мог уже больше повлиять ни на какие события, а уж тем более — участвовать в них. Пора было отправляться в Москву. Но не было сил даже шевельнуться, и он понял, что обязан дать себе час передышки. Незадолго до взлета «Руслана», связавшись по радиотелефону с управлением, он вызвал машину.
Она должна была скоро подойти.
Ничего, подождут, подождут… После завершения погрузки «Руслана» жизнь на ночном аэродроме почти замерла.
Солдаты куда-то исчезли, разбрелись офицеры, почти никого не осталось на летном поле и на стоянках, где виднелись вдали темные силуэты спящих самолетов.
Радуясь прохладе свежего ночного воздуха, полковник обессилено присел на траву, привалился спиной к бетонному цоколю ангара.
Несколько человек в военной форме и гражданской одежде вышли откуда-то из темноты, наверное, из штаба аэродрома. Похоже, как и сам он, эти люди остались на поле, чтобы присутствовать при взлете «Руслана».
Стараясь быть незамеченным, полковник тихо отполз в сторону. Кем могли быть эти пятеро мужчин? Судя по всему — тоже чужие здесь, не иначе те, кто каким-то образом был связан с его противниками. Уж коли они оказались тут, за ними надо бы понаблюдать, проследить, если получится, подслушать их разговоры."
"Прикрыв глаза, он расслабился — аутотренинг всегда помогал быстро восстановить силы. Он спал и не спал, попеременно заставляя тяжелеть и теплеть то одну, то другую руку, в то же время чутко прислушиваясь к негромким голосам тех людей, что привлекли его внимание.
Они не уходили, не уезжали, словно тоже ждали чего-то. Но вот оттуда, где стояли они, до него донесся едва различимый звук вызывного сигнала микрорации. И те пятеро тотчас двинулись с летного поля.
Через секунду и он уже был на ногах и, стараясь быть незамеченным, пошел к главному КПП, где ярко светили прожектора и прогуливались у ворот люди с оружием.