– Вы думаете, он похож? – спросил наконец Найджел.
– А как же, все шло прекрасно. Правда, я не видел день или два…
Торренс с трудом поднялся из своего плетеного кресла, склонился над столиком и снял покрывало с головы. И тут же Найджел услышал, как из горла у него вылетел странный звук. Художник с такой силой набросил ткань обратно на скульптуру, что едва не перевернул ее.
– Извините, – сказал он. – У меня порой сердце барахлит. Мара, будь добра, принеси мне капельку виски.
– Я принесу тебе воды.
Ты уже достаточно хлебнул после ленча.
Когда девушка вышла из комнаты, Найджел заметил:
– Ведь это совсем не Роберт Ситон, правда?
– Какого черта вы хотите сказать? Кто же еще?..
Для человека, только что пережившего сердечный приступ, он был что-то уж слишком возбужден.
– Роберт ей позировал. Спросите хоть Джанет! Мара заставила его позировать.
– Я только хотел сказать, что выражение на лице Роберта… не слишком ему свойственно, – примирительно, но совершенно искренне произнес Найджел.
"
"В десятом часу вечера суперинтендант Блаунт подъезжал к ферме Пола Уиллингхэма. – Я слышал, вы решили следующую неделю провести в Плаш-Мидоу? – с порога обратился он к Найджелу. – Это о-очень удобно!
– Рад, что вы одобряете. Но вот что я хочу вам сказать, Блаунт. Меня больше интересует поэзия Ситона, чем его предполагаемые преступные наклонности, и при необходимости я сделаю все, что в моих силах, чтобы помешать правосудию. У нас в стране не так много хороших поэтов, чтобы мы могли позволить себе роскошь одного из них повесить.
Подобное не совсем этичное выступление поначалу привело суперинтенданта в замешательство. Затем на лице у него появилось то довольное выражение, какое бывает у шотландца, который в одиночку справился с чьей-нибудь шуткой.
– Я не думаю, что вы разыгрываете меня, Стрейнджуэйз. Разумеется, у нас нет оснований подозревать мистера Ситона, насколько можно судить по материалам следствия. Но вот что касается его домочадцев – это другой вопрос.
И Блаунт рассказал о том, какие сведения получило следствие за сегодняшний день. После того как утром Найджел изложил ему добытую в баре «Лейси-армз» информацию, суперинтендант сузил круг внимания полиции до ночи с четверга на пятницу на прошлой неделе. Обнаружилось, что в ту ночь должна была родить женщина, живущая недалеко от дома садовника из Плаш-Мидоу. Около одиннадцати вечера ее муж звонил врачу из телефона-автомата.
