Особенно те, кто не смог предъявить его следствию.
– То есть я? И Алиса? И Чарльз? И старина Харки? Ему не доказать, что он уничтожил свою пилюлю.
– Но у Харки не было никакого мотива, чтобы убивать Ниту.
– Значит, все сводится к нам троим? Хорошая семейная компания!
– Боюсь, это именно так и выглядит. У каждого из вас были очень веские мотивы убить Ниту.
Директор поудобнее устроил раненое плечо.
– Что вы такое говорите, Найджел? Алиса-то определенно тут ни при чем. Она пять лет терпела мое поведение.
– Терпела, потому что не сомневалась, что в конце концов вы вернетесь к ней.
Но предположим, в один прекрасный момент происходит нечто такое, что заставляет ее понять: это вовсе не так несомненно. Предположим, она боится, что Нита вот-вот одержит победу.
– Дорогой мой, это же ерунда! Алиса… вы же только что видели нас с ней вместе, и вы не могли не заметить, что блудного сына встречают отнюдь не жирным тельцом.
– Побеседовав с вашей женой, могу сказать: у меня сложилось впечатление, что она огорчена этим не меньше вас.
Она, может быть, до сих пор в вас влюблена.
– Вы в самом деле так думаете? – спросил Джимми, нагнувшись в сторону Найджела с такой мальчишеской живостью, что сразу помолодел лет на двадцать. Потом снова стал напряженным и настороженным. – О, понимаю. Влюблена настолько, что убивает Ниту, чтобы заполучить меня?
– Это одна из версий, которую разрабатывает полиция, – не переводя дух, продолжал Найджел. – Потом – Чарльз. И есть третья версия.
Директор вопросительно поморгал.
– Она заключается в том, что это было сделано в сговоре. Сговорились двое из вас троих. Что вы скажете о Чарльзе? Вы, наверное, в последнее время много времени проводите вместе. Как вам кажется: он сильно расстроен смертью Ниты?
– Что-то в вас появилось новое, – сказал Джимми Лейк. – И не скажу, что привлекательное… Я не собираюсь выдавать вам пикантные семейные подробности. Давайте считать, что мы с этим покончили. – Джимми произнес эту фразу вполне корректно, но она прозвучала как хлопок дверью.
– Ладно, не буду больше вас беспокоить. Еще только один вопрос. По поводу томика Клау, который вы подарили Ните: почему она пометила тот отрывок в «Amour de voyage» [13] ?
– Неужели? Который?
Найджел прочитал наизусть первые строки.
– Ах да. Верно. Вы имеете в виду заглавную «А» на полях?
Найджел кивнул. Директор посмотрел на него смущенно, если не растерянно.
– Знаете, это одна из тех глупостей, которые иногда люди делают. Вот и мы ее сделали.
