Когда к нему вернулось сознание, первым делом он нетвердым голосом произнес:
– Административное управление обо мне еще услышит.
Оказывается, он сидел на своем карнизе, когда бомба взорвалась; взрывная волна бросила его в комнату.
Позже он признался Найджелу: в тот момент он настолько перепугался, что боялся двинуться с места."
"– Понимаете, сижу я, как херувимчик, и смотрю во все стороны. И вдруг вижу – эта кровожадная штука летит прямо на меня. Сначала я решил: посижу секунду-другую, посмотрю, не свернет ли она в сторону.
Потом думаю, что ж, мой мальчик, теперь поздно прятаться, да и что толку? Она меня загипнотизировала. И посмей только Ингл, – добавил он, – прислать мне еще подпись об отважных бойцах внутреннего фронта, смотрящих в глаза смерти! Я его просто убью. Найджел, я не шучу, я прикончу этого производителя штампов. Мои нервы этого не вынесут…
Найджел закрыл окно и вернулся к столу. Из головы у него не выходили мысли о превратностях военного времени.
Бывало, бомба обрушивала стену здания, открывая на всеобщее обозрение повисшие друг над другом, сверху донизу, бачки унитазов. Словно был сорван фасад человеческого тела и обнажалось его физиологическое устройство… Но это продолжалось недолго: стена вставала на свое место, обломки и мусор исчезали. Возможно, здание уже не прежнее: что-то в нем сдвинулось, там, может быть, опасно жить, хотя никто не видит, что произошло. Но здание могло стать и крепче.
Ведь если ты поймешь, что выдержал тяжелое испытание, то проникнешься уверенностью в себе. Этому можно научиться у примитивных племен: испытания, которым подвергают молодых, придают им уверенность в своих силах.
От Сквайерса мысли Найджела перекинулись на другого героя, Чарльза Кеннингтона. Приятно думать, что война выявила много таких людей. Длинноволосые, нетерпимые к чужим мнениям молодые люди в Оксфордском университете божились, что ни под каким видом, ни при каких обстоятельствах не будут воевать за короля и отечество, а через несколько лет поднимали в воздух истребители наравне с профессионалами Королевских военно-воздушных сил, вместе с ними выигрывали битву за Британию, сражаясь с тем же мастерством и самоотверженностью, с какими произносили прежде свои страстные речи.
Отказывавшиеся от военной службы по религиозным мотивам показывали чудеса смелости в спасательных командах и пожарных бригадах.
