Я знаю, что со мной, поняла я внезапно и замерла. Я знаю, когда мир становится таким зеленоватым, а голоса словно доносятся через толщу воды. И я уже знаю эту боль, знаю эти раскаленные когти на затылке. Почему-то мой мозг решил перейти в режим медиатора. Но я же ничего не делала!
— Детлеф, — позвала я.
Он не ответил, и я его уже не видела.
Лучше мне сесть, подумала я отстраненно и сползла по стене. Какая теперь разница, что там, в этом коридоре.
Я же могу это контролировать. Я могу не выпускать это из своей головы, могу не становиться волной.
Однажды я продержалась полчаса, хотя тогда был стимулятор. А сейчас — это просто какой-то случайный сбой, надо только перетерпеть это.
Зелень перед глазами стала гуще.
— Детлеф, — снова позвала я без особой надежды.
Я могу это контролировать. Могу. Но у меня не получается.
Перед глазами замерцали знакомые блестки — теперь они были более яркими, жалящими, и закручивались в спираль, устремляясь к серому туманному облаку.
Я только верну Детлефа и заставлю его забрать меня отсюда, подумала я, все еще пытаясь хоть что-то взять под контроль.
И сразу выйду.
Медленно, не закрывая глаза и стараясь не терять ощущение реальности, я принялась ощупывать пространство в поисках Детлефа. Кругом клубился серый туман, золотистые искры были уже где-то далеко, и я перетекла еще немного дальше по коридору.
— Где же ты? — пробормотала я. — Где хоть кто-нибудь? Мы же отправили запрос, а никого нет…
Мигающая лампа раздражала, хотелось закрыть глаза, но я боялась, что в этом случае уже никогда не смогу их открыть, потеряюсь в сером тумане и не вернусь обратно в свою голову.
Хотелось уцепиться хоть за что-то реальное, оставить хоть какой-то якорь, чтобы не пропасть в этом странном мире окончательно.
Я глубоко вдохнула, и волна сдвинулась дальше. Искры стали ближе — я их чувствовала, но словно в стекло билась. Никогда еще это не было так сложно — подключиться к кому-то, словно было что-то, что меня не пускало. Что мешало мне пройти.
— Детлеф, Детлеф, — пробормотала я.
— Давай, возвращайся.
Искры закрутились вокруг меня, и мир раздвоился. Я видела мерцающую лампу, серую стену и уходящий в темноту коридор. И я видела стеклянную дверь, за которой стояла кровать. Я вытянула руку вперед, и Детлеф повторил мое движение. Его рука наткнулась на гладкий планшет, засунутый в держатель на двери, я пошевелила его пальцами, погладила гладкую поверхность, прочитала первые строчки — «Ива Перович, отделение М» и длинный номер.
