В общем-то ничего невыполнимого для меня в этом не было, но всё-таки специалистом я не была, поэтому мы решили исходить из списка пожеланий самой Малисат. Плюс я внесла свои правки, которые были ею одобрены. Туда входили занятия каллиграфией - самые трудные, графика, основы композиции и другие.
Все эти предметы проходили и в других классах, но в рекламном дизайне они были основными.
По-моему Малисат была очень довольна моей деятельностью, поэтому, когда мы обговорили все тонкости, оставила всё на моё попечение и занялась своими делами.
Роуда была в восторге - я определила её преподавателем для самого младшего класса, и в тоже время она продолжит впоследствии заниматься со старшими. До мастерства, уровень которого удовлетворил бы меня, чтобы оставить её здесь вместо себя, было еще далеко.
При этой мысли я резко остановилась. Оставить вместо себя?..
Как-то раньше я пропускала эту мысль мимо своего сознания, само собой молча подразумевалось, что я останусь в Гордеро, как в самом прогрессивном и перспективном месте Синцерии.
Но, несмотря на это, моё сердце не чувствовало, что оно дома. Так я ощущала себя только в самые первые дни, когда встретила Лену-Малисат, а потом, чуть позже, впоследствии Наталью и Светлану."
"Сначала они были для меня как, не знаю, как Родина. Вот так, чуть высокопарно мне ощущалось.
А потом я все-таки поняла, что здесь всё по-другому. И как ни крути, мы все чужие, также как и в той маршрутке.
Конечно, мы были связаны навсегда. Те пути, которые принесли нас сюда, в эту империю, были пересечены навечно.
Те нити, которыми мы были связаны, были неразрывны.
Я не знала своих попутчиц до аварии на той Алтайской дороге, какими они были и насколько изменились. Но меня не отпускало чувство, что достаточно сильно.
Неужели так же и я перестала быть той Варей Бочкаревой?
- Госпожа, - неслышно подошла Роуда.
Я вздрогнула и обернулась к ней. Мы только что закончили обустраивать студию, которую готовили специально для меня - с правильным светом и удобным рабочим местом.
Мольбертов было решено разместить здесь аж десять штук, так я могла работать над несколькими портретами одновременно.
Шоаран, жених Малисат, был так потрясен моим мастерством портретиста, что заказал мне сразу несколько портретов. Самой Малисат и их совместный. Их друзья и знакомые выстроились за ними в длинную очередь с заказами. В общем, я приготовилась долго и упорно работать. Покидать Гордеро было рано. Да и куда мне было направляться, я не знала.
