Уходите, пока не вернулся Эдвард и не выставил вас вон.
Только успела произнести имя брата, как он тут же появился в дверях гостиной, уставший и злой.
— Ди Харрисон! Что ты делаешь в моём доме? — процедил Эдвард и угрожающе двинулся в сторону друга.
— Привет, Эд, — маркиз растянул рот до ушей и повернул к нему коробочку с кольцом. — Я пришёл к леди Айлин просить прощения и её руки. Ты вовремя возвратился. Благословишь нас на брак?
— Что?! — медведем зарычал брат, схватив за шиворот гостя. — Как ты посмел вообще сюда явиться?
У меня сердце ёкнуло, когда Эдвард потащил друга к дверям.
Мне было страшно за брата — никогда не видела его таким злым, как бы не наломал дров.
— Сдурел? — возмущался маркиз, успев убрать коробочку с кольцом в карман.
— Эдвард, отпусти его, пожалуйста, — я поспешила за мужчинами в холл. — Он сам уйдёт.
— Айлин, ты его защищаешь? — брат оглянулся на мгновение и продолжил тащить маркиза к выходу, хотя тот совсем не сопротивлялся и торопливо перебирал ногами.
— Да я о тебе беспокоюсь! — выпалила я в сердцах.
— Эд, отпусти, я правда сам уйду! — огрызнулся друг, судя по всему, уже бывший. Брат всё же выпустил ворот его пиджака и брезгливо отряхнул руки, словно замарался.
— Чтоб я тебя не видел возле моего дома, — процедил Эдвард и бросил гостю пальто, сняв с вешалки. — Забудь сюда дорогу!
— Ты ещё пожалеешь, ди Бофорт, что выгнал меня, будто щенка паршивого, — хмыкнул Мэттью, надевая пальто. — Придёт время, и ты мне ответишь за это унижение.
— Не смей угрожать мне и моей семье, ди Харрисон, иначе сам пожалеешь, — процедил брат, сжимая кулаки.
— Вон отсюда!
Маркиза как ветром сдуло — он выскочил из дома, бормоча что-то себе под нос.
— Эдвард, зря ты так с ним, — вздохнула я, переживая теперь за брата. — Кто знает, на что он способен.
— Я боялся, вдруг ты до сих пор неравнодушна к Мэттью, — уже спокойнее произнёс брат. — Особенно когда увидел букет на столе и кольцо в его руках.
— Думал, я соглашусь? — вот теперь брат меня действительно удивил.
— Такого я точно не прощу. И если честно, моя юношеская любовь действительно похоронена под тяжестью недостойных поступков маркиза. Мне кажется, я любила не самого Мэттью, а образ благородного красавца, который сама выдумала.
— Вижу, ты действительно повзрослела, сестра, — расслабленно улыбнулся Эдвард.
— И как только закончим расследование, Бетти Грин возьмётся за этого пройдоху. Он ещё пожалеет, что вернулся в империю, — я разошлась не на шутку.
