— Да нужно здесь очень многое! — досадливо произнесла Маруся. — Кто только делать будет? Ну, рискнешь? Или ты только критиковать умеешь?
Арина молчала. Лихорадочно думала. Потом твердо произнесла:
— Я не смогу.
— Это еще почему? — возмутилась Маруся.
— Я ничего не понимаю в финансах. И никогда никем не руководила.
— Ерунда, — отмахнулась Мария Олеговна. — Бухгалтера вместе найдем. А горничных приструнить не сложнее, чем уборщиков в теннисном клубе.
Неумолимый поток продолжал волочь за собой, не оставлял никаких шансов выйти на берег.
— Но я хочу домой! — отчаянно произнесла Арина.
— Я тоже, — парировала хозяйка. — Но кому сейчас легко? Да и дома — что тебя ждет? Пустая квартира и никакой работы.
«Дядя Федя все разболтал!»
— По-моему, куда лучше — жить в центре Питера и управлять отелем, — почти с завистью произнесла Мария Олеговна. И подмигнула: — А в помощники я тебе твоих друзей пришлю.
— Кого-кого?
— Ну, Кузьму с Геной. Они давно в Россию хотят. Пусть едут. Горничные из них так себе, но хотя бы воровать не будут.
Арине очень-очень хотелось крикнуть: «Да, я согласна!»
Но она понимала: делать этого нельзя.
Не хватало только взяться за новое, ответственное дело. А потом узнать, что на нее в суд подали и все силы надо тратить на защиту. Или вообще обратно в Америку сбегать.
— Ну что? Ты согласна?
— Мне нужно время подумать, — твердо отозвалась Арина.
— Сколько?
— Не знаю. Пару дней.
— Федор Константинович на моей стороне, — подмигнула Маруся. — Соглашайся.
— Пожалуйста, — Арина моляще прижала руки к груди, — не давите на меня! Не хочу больше необдуманных поступков совершать.
— Ну, думай, — фыркнула Маруся. — Хотя я бы на твоем месте не колебалась ни секунды.
* * *В девять вечера Арина наконец умудрилась остановить стремительный бег Марии Олеговны и отправить ее отдыхать в один из свободных номеров.
— Но ты никуда не уходи, — строго велела хозяйка.
— Куда я пойду, если администратора нет? — пожала плечами Арина.
— Федор Константинович пусть тут с тобой посидит, — отдала последнее указание Маруся.
И наконец отправилась спать.
«А я так и осталась — во вчерашней футболке», — грустно подумала Арина.
Но зря боялась за свой затрапезный наряд — дядя Федя все равно смотрел на нее словно на королеву.
Вручил букет из тридцати трех алых роз. Улыбнулся:
— Ну, как тебе в новой должности?
— Ох, дядь Федь. Я не решила еще ничего, — честно отозвалась она.
— Ты просто боишься. Зря, — наставительно проговорил друг семьи.
