Моими устами говорит его воля. Вы пойдете с нами, в Пещерный город, и там мой отец решит вашу судьбу. Слово.
И, потеряв ко мне всяческий интерес, девушка развернулась и зашагала к стоящему в отдалении винторогу.
Что ж. По крайней мере, меня не пытаются вырубить и связать, а среди неандертальцев появился кто-то, способный говорить и думать. Еще и город какой-то присутствует… Может, транспорт какой раздобудем, или хотя бы обувь для Корал… М-да. Обувь…
Я поймал себя на том, что стою и пялюсь на Рэйю, дочь Орфуса, степенно идущую к своему ездовому животному, весьма волнующе покачивая при этом бедрами.
Да уж. Только приступа острого спермотоксикоза мне тут не хватало!
Тряхнув головой, я сбросил наваждение и огляделся. Так. А на чем я теперь-то поеду?
Глава 12
Вопрос с транспортом решился быстро. Тот самый коротышка, что едва не поплатился жизнью за то, что оставил меня тварям на прокорм, Ти Квай, или как там его, подошел, ведя в поводу своего винторога, почтительно склонился и протянул мне поводья.
Отнекиваться я не стал. Надеюсь, езда на винтороге не сильно отличается от езды на лошади. Я не то, чтоб звезда стипль-чеза, но в седле держусь довольно уверенно. Поблагодарив кивком коротышку, я взялся за поводья и стал уже примериваться к стременам, когда меня дернули за рукав. Повернувшись, я увидел все того же Ти Квая. Он стащил с себя лук, колчан со стрелами, и положил все это добро у моих ног.
— Что? — не понял я. Коротышка подумал, показал на оружие, на меня, и сделал вид, будто вешает лук через плечо.
— Ты хочешь, чтобы я взял это? — сопровождая слова настоящей пантомимой, спросил я. Коротышка радостно закивал. — Не, друг. Лук — категорически не мое. Лучше винтовку верните.
Ти Квай недоумеваще уставился на меня.
— Гром-палка, говорю. Бах! — я изобразил, как вскидываю винтовку, придимая приклад к плечу и стреляю. — Гром-палку верните, говорю.
Кажется, Ти Квай понял. Почесав в затылке, он куда-то умчался. Я же снова стал прикидывать, как лучше забраться на винторога.
— Ты ведешь себя, как безродный, — послышался девичий голос с брезгливыми нотками. — Ты должен им приказывать, а не просить! А ты… Лебезишь, упрашиваешь… Даже смотреть неприятно!"
"— Я тоже соскучился, — хмыкнул я, повернувшись к Корал, — и тоже рад тебя видеть. Я тоже очень переживал о том, что с тобой будет, если я погибну.
Девушку освободили от веревок, однако рядом с ней маячили два серокожих — присматривали.
