Вокруг — туман. Густой, как молоко. Свет, яркая точка на горизонте, к которой меня так тянуло, едва пробивалась сквозь марево. Именно к ней неторопливым шагом направлялся человек. По крайней мере, силуэт, едва различимый в тумане, выглядел человеческим.
Кто это?
Тот, кто меня вытащил?
— Эй! — позвал я, но мой голос утонул в туманной дымке, будто втянувшись в нее.
— Постой! — тот же результат. Проклятье!
Поняв, что дозваться спасителя не получится, я побежал.
Бежать по искусственной поверхности было легко, вот только я ни на шаг не приблизился к исчезающей в тумане фигуре.
Я попытался ускориться, выдав максимальную скорость, на которую был способен, но неспешно вышагивающий человек, кажется, стал только дальше. Да что же это такое?
Стиснув зубы, я рванулся вперед — и едва не врезался в спину своего спасителя, одним прыжком преодолев не меньше сотни метров. Что за бред?
— Эй! — выкрикнул я. — Остановись!
Ноль реакции.
Начиная злиться, я протянул руку и ухватил человека за плечо, разворачивая его к себе.
— Где я? И кто ты, черт возьми, такой?
Окончание фразы, скомкавшись, застряло у меня в глотке, когда я увидел лицо того, кто меня спас.
Свое собственное лицо.
Двойник усмехнулся и с вызовом посмотрел мне в глаза. Почему-то от этого взгляда мне стало дико, невыносимо страшно. Как если бы отражение в зеркале двигалось независимо от меня. Двойник всмотрелся в меня и вдруг его лицо исказила гримаса гнева. Шагнув вперед, он резко ударил меня в грудь, я качнулся назад, потерял равновесие и рухнул…
Рухнул в бездну.
***"
"Была у меня в жизни пара моментов, когда, придя в себя, я думал, что лучше бы не приходил. Первый раз — когда в хлам убрался на мотоцикле, второй — когда кортеж, везущий меня на демонстрацию новой системы для потенциального покупателя, попал под бомбардировку Коалиции. И в первом и во втором случае мне казалось, что хуже быть уже не может. А вот хрен там. Оказалось — может.
Бесконечное падение сквозь серую мглу закончилось жестким ударом, я резко вдохнул и открыл глаза.
После этого простого, казалось бы, действия, голова чуть не лопнула от боли, пронзившей ее раскаленной спицей, и я снова отрубился. На этот раз, хвала богам — без галлюцинаций. Не было ни болота, ни света в тумане, ни призрачного двойника с таким знакомым и таким пугающим лицом. Лишь пустота, тьма и блаженное отсутствие боли.
Во второй раз я оказался умнее. Очнувшись, некоторое время лежал и боялся даже думать — чтобы снова не вызвать болезненную реакцию. Помогло.
