Э, ты чего? Мы так не договаривались! Ты должен убегать, а не отстреливаться!
К сожалению, лучник моего мнения не разделял. Звонко пропела тетива, и я бросился вниз, изо всех сил надеясь, что сделал это не слишком поздно. Над головой снова прозвучал отвратительный шелест, и стрела, ударившись в стену, взорвалась, высвобождая синюю вспышку. Да блин, что это за гром-стрелы такие?
Кувыркнувшись через плечо, я вскочил на ноги и ринулся вперед. К счастью, убйица не стал стрелять второй раз. Он снова удирал, выиграв выстрелом время и разорвав дистанцию.
Вот же скотина шустрая!
Подпрыгнув, я вскочил на очередной уровень мостков и ускорился, насколько только мог. Расстояние между мной и лучником сокращалось, но слишком медленно. Сейчас мне стало понятно, куда он держит путь. В скале впереди-слева виднелся широкий зев пещеры — последней на этом ярусе. Больше бежать убийце было некуда. Ему осталось миновать по кругу каких-то сто метров, и скрыться в тоннеле. Где наверняка куча ответвлений, без знания которых я его до морковкина заговенья искать буду.
Зараза! Мне бы сейчас винтовку…
Но винтовки не было, и потому пришлось импровизировать. Набрав скорость, я примерился, обозвал себя последним кретином, и прыгнул, распластавшись над пропастью. Если я хотя немного ошибусь, или эта штука окажется незакрепленной…
Обошлось. Ладони сомкнулись на толстом канате, свисающем с примитивной лебедки, установленной где-то наверху, трос качнулся маятником, и я, набирая скорость, полетел вперед. Врешь, не уйдешь!"
"Отпускать трос было страшно — но пришлось.
Иначе зачем вся эта эквилибристика? К счастью, законы физики даже на этой безумной планете оставались законами физики. Бросив трос, я пролетел оставшееся до мостков расстояние и обеими ногами уларил в спину готовившегося юркнуть в пещеру лучника.
Убйица вскрикнул и повалился наземь. Я, к сожалению, тоже. Вот только если он упал на пол пещеры, то я со всего маху приземлился на хлипкие мостки. Которые подобное издевательство выдерживать не собирались.
Что-то хрустнуло, треснуло, и я почувствовал, как деревянный настил подо мной приходит в движение, чтобы отправиться в долгий полет. Лучник издал торжествующий крик, подскочил к краю оседающих мостков, и, рахзмахнувшись своим луком, как дубиной, ударил мне по рукам.
Идиот! Лучше бы бежал дальше!
Оттолкнувшись от мостков, я вцепился одной рукой в плечо лука, а другой — в выступающий из мостков выше брус, выглядящий достаточно надежным, чтобы выдержать мой вес.
