Та в ответ понятливо кивнула и, вдруг обворожительно улыбнувшись, повернулась к леди Вэел:
— Графиня, а как ваша дочь? Как ее здоровье? Мы все волнуемся за Ларину, такая талантливая магиана…
В комнате моментально повисла тишина, и все взгляды, зажегшиеся фанатичным любопытством, устремились на побледневшую женщину. Та несколько секунд молчала, с трудом сдерживая эмоции, но потом смогла все же натянуть улыбку.
— Благодарю за заботу, леди Амалана. Моей дочери уже лучше.
— Надеюсь, — подала голос Лес, — когда леди Ларина отойдет от экзаменов, ее здоровье восстановится.
Все-таки это огромный стресс.
— Ну вы-то пережили его вполне благополучно, — прошипела графиня.
— Просто мне есть с чем сравнивать, — Лес перестала улыбаться, — когда в одночасье хоронишь родителей, экзамены не кажутся уже чем-то важным. А леди Ларина не переживала ничего серьезнее сессии.
— Леди Ларина очень чувствительная девушка, — поддакнула одна из дам, — и стресс от экзаменов, наложившись на неудачу в сердечных делах, привел к таким ужасным последствиям.
Но мы все верим, что она скоро поправится.
— Да, его высочество повел себя некрасиво, — вклинилась в беседу баронесса, — но все же, леди Вэел, ваша дочь должна была понимать, что связываться с принцем не стоит. У него все равно уже давно заключен предварительный союз.
— Полно, баронесса, — отмахнулась Амалана, — в столь юном возрасте любовь не подчиняется разуму. Никто не может судить графиню за то, что она влюбилась. Это чувство идет свыше, и вполне допустимо, что девушка начала мечтать о большем.
— Она графиня. Леди Вэел должна была объяснить дочери допустимые нормы поведения, — раздался скрежещущий голос еще одной матроны. Судя по всему — одной из самых неприятных женщин дворца.
— Довольно! — Графиня наконец-то не выдержала и подскочила с места. — Здоровье моей дочери не тема для сплетен и обсуждения. И уж тем более я не потерплю обсуждения, что я должна была или не должна была сделать. Особенно в моем присутствии. Благодарю за чай, баронесса, но сейчас я вынуждена вас оставить!
И графиня буквально вылетела из комнаты под перекрестными взглядами довольных сплетниц.
Лес еле подавила гримасу отвращения, смотря на этот серпентарий. Они радовались, что кому-то плохо и об этом можно поговорить и обсудить. Им плевать, что у молодой девушки сломана судьба. Им на все плевать, кроме себя.
— Прошу прощения, но мне тоже пора. — Лес встала и мило всем улыбнулась. — Была рада познакомиться.
