Кто-то из её сородичей подтолкнул её сзади, прямо на острый кусок стали. В том месте, где многоножка успела разворотить край окна. А потом её уже просто «затоптали» остальные. Может, тоже злопамятные, но в данный момент просто осторожные — решившие свалить подальше, от несущегося на нас гиперактивного!
Спецсредства у меня закончились. Дыхалки должно было хватить ещё на один разворот вентилятора, убойную зону я знаю, железный зуб в руках, шакрас в голове, мышцах и суставах.
Я увернулся, от тараном сложившегося монстра.
Набросился сам, пока он из камней резцы свои доставал, но налетел на лапу. Быстрый гад! И вертлявый, будто у него шило в жопе. Хотя по его поведению, наверное, и не одно. Я тоже быстрый, вода только мешается. Гоняться за ним было бесполезно, я пока равновесие поймал, монстр уже два круга сделал, пытаясь меня запутать. На третьем извернулся и полетел на меня вновь. Не только рогами целил, но и передними лапами, выступающими чуть вперёд. Попытался меня подмять, чтобы потом пробить резцами.
«Аура ужаса» его притормозила, а я успел всплыть почти на метр.
Получил по ногам и рухнул к нему на спину. Ухватился за какой-то тонкий отросток, вырвал его, скатываясь со скользкого панциря. Но успел ударить ножом, заклинив его между сочленениями. И меня потащило за монстром, решившим скинуть незванного пассажира.
Многоножка закрутилась так, что я уже, даже вцепившись двумя руками за рукоятку, еле удержался. А монстр, видимо, всё-таки умный, а не наглый попёр вверх, стремительно приближаясь к поверхности.
А Миротворцы-то, наверное, удивятся, когда мы вынырнем… Может, даже пристрелят не сразу…"
"Надо было что-то делать! Расстояние до поверхности сокращалось, ещё чуть-чуть и люди на берегу разглядят не только уже привычный тёмный силуэт, но и прилипалу у него на спине. Я попытался расшатать лезвие, уже решив, что надо просто отцепиться. Но откуда-то изнутри прилетело чёткое осознание, что надо добить. Догрызть, а потом уже сваливать! И если нельзя вынуть нож, то надо его воткнуть поглубже.
Я надавил, потерял часть драгоценного запаса воздуха, когда чуть ли не на выдохе пропихнул клинок глубже. Хитиновый панцирь начал трескаться, столкнувшись с рукояткой ножа. А потом и сломался, отвалилось несколько кусочков, и нож уже спокойно провалился вглубь.
Держаться было уже не за что, я отцепился и начал медленно опускаться на дно. Медленно и ровно в тени многоножки, по которой уже открыли огонь Миротворцы.
Было красиво и как-то медитативно, что ли.
